За оздоровление земли и исцеление души!

 
 
 
ВСЕ МАТЕРИАЛЫ







ПОИСК ПО САЙТУ


 
Rambler's Top100

TopList

    ГОСТЕВАЯ КНИГА

    Уважаемые посетители!
    Наша Гостевая книга работает в премодерируемом режиме.

    Оставить запись

    Time: Wnd Dec 26 19:35:50
    From: Alexander V. Dushkin (Institute of Solid State Chemistry SB RAS)
    EMail: dushkin@solid.nsk.su

           Прочитал Вашу статью "Российско-чеченская война глазами варвара...". Не вдаваясь в детали, отмечаю, что там содержатся и справедливые, и ошибочные оценки. Она не полная с точки зрения рассмотрения истории отношений чеченцев и России за последние 2 века. Совершенноотсутствует Советский период. Не смотря на депортацию, в последние десятилетия Советской власти, все-таки существовала определенная мирная стабильность. Неужели это было так плохо?
            Но это все-таки в некотором смысле детали изложения материала. Есть принципиальный вопрос. Да, у урбанизованного, технократического пути цивилизации есть множество издержек. Но другого-то, лучшего пути сейчас нет! Государственные образования всегда заменяют родоплеменные, либо последние просто гибнут. Таковы факты истории. И с дубиной (автоматом Калашникова), в конечном итоге, невозможно противостоять современному эффективному государству. Это также показывает вся современная история. Причина Российских неудач 90-х годов лежит скорее не в "силе" чеченцев, а в слабости самой "демократической" России. И военной, и духовной (идеологической). Доказательство тому - та же новейшая история Советского периода.
            Мне, как человеку, работающему в области естественных наук, в работах гуманитариев всегда хочется видеть конкретику. В Вашем случае - это как родоплеменное образование, не обладающее современной материальной базой (материальная поддержка из-за рубежа не надежна и прервется в любой момент) может эффективно соревноваться с т.н. "цивилизованным" миром? Может Вы сможете предложить модель построения такого общества, способного конкурировать и победить в перспективе? Разумеется, не только в масштабе Чечни, а и России? Кстати, я считаю, по отдельности это сделать невозможно, учитывая переплетенность наших связей и экономик.

      Best regards,
      Alexander Dushkin


    Ответ Хож-Ахмеда Нухаева:

           Уважаемый г-н Душкин!

            Прежде всего, позвольте выразить полную солидарность с вашим утверждением, что в работах "гуманитариев" должна присутствовать конкретика. Я бы даже добавил - математическая точность, железная логика. Более того, я убежден в том, что любая "гуманитарная" идея или концепция, в качестве доказательства своей истинности, должна продемонстрировать способность быть выраженной при помощи математических, геометрических и иных символов и кодов, взятых из арсенала точных наук. Хотя, бесспорно, у разных наук - разные методологические коды, разные мета-идеологические "языки" изложения и разные способы убеждения своих аудиторий. Но и у "гуманитариев" должна существовать какая-то бесспорная "отправная точка" для развертывания системы доказательств, какая-то несомненная и убедительная предпосылка, наподобие того, что "дважды два - четыре", а "две точки связывает только одна прямая".
            К сожалению, из вашего послания я не смог составить представления о вашем отношении к религии. Однако надеюсь, что моя логика покажется вам убедительной при любом отношении к религии, и вы согласитесь с рядом взаимообусловленных, простых "отправных" истин:
            1. Все сущее сотворено Богом;
            2. Все, что сотворил Бог, несет в себе печать Его совершенства и могущества;
            3. Бог милосерд, Он открыл нам через Своих пророков естественный закон жизни, дал ясное руководство жизни, чтобы избавлять нас от бедствий и катастроф, в которые мы загоняем себя, игнорируя Божьи заповеди, знамения и знаки.
            Признание этих истин есть признание своей религиозности. Их отрицание есть атеизм. Давайте посмотрим, как выглядят эти формулы отрицания:
            1. Все сущее сотворилось само по себе;
            2. Все сущее продвигается от примитивного состояния к совершенному, от хаоса к порядку, обусловленному в природе "эволюцией", а в социальном аспекте - "разумной деятельностью людей", линейным прогрессом истории;
            3. Мир в своем развитии индифферентен к категории нравственности и подчинен только закону целесообразности.
            Каждая из этих двух мировоззренческих парадигм - религиозная и атеистическая - определяет и направляет жизнь человека и общества в одну из эсхатологических точек бытия: религиозные люди стремятся "вернуться" к первичным сакральным образцам жизни, а неверующие, не видя в прошлом ничего кроме "первозданной дикости", стремятся как можно дальше удалиться от него путями прогресса. Действительно,
    считая себя творением Бога, "сыном Адама", человек всегда стремится вновь обрести "потерянный рай", заслужив милость и прощение Творца. Считая же себя "сыном матушки природы", "потомком обезьяны", человек главный смысл своей жизни и, шире, главный смысл бытия всего человечества видит в прогрессе, в постоянном линейном удалении от "животного прошлого", в построении "земного рая" здесь и сейчас, для себя, руководствуясь принципом "после нас хоть потоп". И все, что обнаруживается в прошлом, неверующий человек, в силу своего "материалистического мировоззрения", не может не воспринимать как "худшее" в сравнении с настоящим или будущим, рисующимся ему ослепительным и грандиозным.
            Вы не можете не согласиться с тем, что, несмотря на наличие в мире многих религиозных систем, апеллирующих к нравственным ценностям, современное человечество, если смотреть на объективные факты общественной жизни, а не на субъективную приверженность тому или другому религиозному дискурсу, живет в соответствии со второй, атеистической парадигмой, даже если при этом, с той или иной мерой искренности, многие считают себя последователями определенной религии. И эта парадоксальная "раздвоенность" большинства человечества (мусульман, христиан и иудеев), считающего себя "детьми Адама", но живущего как "потомство обезьяны", и является, на мой взгляд, главной причиной нарастающей катастрофы мира, которую вы мягко называете "издержками" урбанизированного, технократического развития.
           
    Для верующего человека, убежденного в совершенстве первичной модели социальной жизни, дарованной Богом Своим человеческим творениям, прогресс не может не выглядеть как постепенный отход от этой сакральной первоосновы, как грехопадение, как тотальная деградация. Если вы обратитесь к истории, то неизменно обнаружите показательную закономерность: любая цивилизация на пике своего развития всегда оказывалась на самом дне безнравственности. Иными словами, вектор цивилизации и вектор нравственности всегда направлены в противоположные стороны, всегда находятся в позиции обратной пропорциональности. И эта закономерность равным образом присуща любому типу цивилизации в ее кульминационный период - говорим ли мы о "мире" иудейском, христианском, исламском, или о мире "языческом". В социальном контексте цивилизация тождественна государственному порядку, хотя и не замыкается политическими границами того или иного государства, а распространяется за эти границы как система ценностей. Например, "американские ценности" не ограничены административными границами США, хотя США, как государство, и является основной территорией, откуда они проецируются на мир, транслируемые другими обществами, которые восприняли американский код поведения и американскую мировоззренческую матрицу. То есть, в качестве "общечеловеческих ценностей" они принимают "американский образ жизни" и "американские ценности". Среди таких, к сожалению, оказалось и российское общество, точнее, очень влиятельные силы в его элите. Почему я отношусь к этому факту негативно? Почему я называю себя "варваром"? Почему я утверждаю, что чеченцы, сражаясь сегодня с вестернизированной Россией, сражаются с "Голиафом глобализма"? Уверен, что из вышеизложенного вы поняли ответы на эти вопросы, и все же позволю себе немного прояснить происходящее, так как убежден не только в теоретической значимости, но и в прикладной ценности этих заключений и для чеченского, и для русского народов, как, впрочем, и для всех народов земли.
           
    Факт втягивания России в "международное сообщество", факт ее приобщения к "общечеловеческим ценностям" я считаю негативным явлением потому, что это неизбежно породит хаос на огромном пространстве Евразии, обрушит на наш древний континент, то есть рядом с моим домом на Кавказе, "цивилизационный потоп", сметающий последние устои традиционализма и религиозной нравственности. Как верующего человека, меня не может не тревожить такой поворот событий в судьбах моих соседей, ибо он стремительно приближает кульминационный момент всеобщего, планетарного торжества безнравственности, сатанизма, а это уже - прямая угроза для эсхатологического будущего моего народа. Несмотря на продолжающуюся российско-чеченскую войну, несмотря на определенную степень "зараженности" и чеченского народа "вирусом" модернизма, цивилизации, я считал и продолжаю считать, что все народы Евразии должны сплотиться против общего, смертельного врага - западного материалистического мировоззрения, атлантизма, глобализма (у сатанизма множество названий, "имя ему - легион"). Это создаст платформу для партнерства между россиянами и чеченцами во имя "общего блага" Евразии, то есть во имя возрождения традиции и образа жизни, характерного для закрытых обществ в их естественном состоянии. При этом, исходя из оценки "цивилизованности" как диагноза болезни национального организма, его тотального ослабления в нравственном и, вследствие этого, физическом аспектах, я исходил и исхожу из предпосылки, что чеченский народ, сохраняющий в себе многие кровнородственные и родоплеменные "социальные архаизмы", естественный "варварский иммунитет" против названной болезни, может на практике продемонстрировать русскому народу тот образец, на который должен ориентироваться процесс "излечения". Здесь нет и тени какого-то "чеченского мессианства", но есть трагический парадокс в том, как Россия пытается с яростным напряжением своих сил уничтожить в Чечении то, что могло бы подсказать ей пути решения всего комплекса ее тяжелых проблем - нравственных, социальных, экологических. Именно эту мысль я заложил в название одной из своих книг, которую вы, судя по всему, не читали - "Ведено или Вашингтон?"
            Не противопоставив цивилизации (открытому обществу) варварство, под которым я подразумеваю закрытое общество, общинное, родоплеменное устройство, систему естественных ценностей, то есть, не противопоставив принципу принцип, мы будем обречены сражаться с ветряными мельницами, предрешая свое поражение перед антисистемой искусственных ценностей, унифицирующей мир по атлантическому образцу - перед "Новым Мировым Порядком", в котором нет места национальным традициям, понимаемым несколько глубже, чем фольклорные ансамбли танца и песни. Ведь любое государство, представляя собой антисистему, нацеленную на развитие, стремится к наиболее развитым образцам, каковыми сегодня являются образцы западные - лидеры "урбанизированного, технократического развития", если вы позволите вновь воспользоваться вашей терминологией. И это - одна из "математических формул", в соответствии с которой любое развивающееся государство будет двигаться по путям, проложенным на Западе, по политическим и экономическим стандартам, установленным в Вашингтоне и Нью-Йорке. Иными словами, любое государство, считая приоритетной задачей наращивание своей политической, экономической и военной мощи (а такая приоритетность неизбежна для государства), рано или поздно станет, по своей доминанте, системной частью Запада, или, если говорить более упрощенно, политическим и экономическим вассалом американского суверена. Это тот курс, который не может быть существенным образом изменен, если не изменить приоритеты общества, перенацелив их с удовлетворения государственных интересов на удовлетворение интересов национальных, что возможно только в том случае, если придет осознание того, что интересы нации неотрывны от вечности, и именно этим отличаются от интересов государства, сосредоточенных на политической повседневности. Но если общество подчиняет свои приоритеты государственным интересам, этот "курс на Вашингтон" не может быть изменен в принципе, он - детерминирован. Поэтому не "мессианство", а ясное осознание того, что народ, как и отдельно взятый человек, должен соответствовать возложенной на него Всевышним священной миссии, заставили меня поставить Ведено, как спасительный Ковчег традиционализма, противоположным полюсом Вашингтону, источнику "атлантического потопа". Здесь - сама метафизика нашего общественного бытия, его векторности, направленной к одному из двух полюсов-антиподов: к Божьей истине или сатанинской лжи, к Свету или Тьме, к Порядку или Хаосу.
            Став носительницей западных начал, Россия не может не восприниматься чеченцами-традиционалистами как нечто глубоко им чуждое и враждебное в эсхатологическом смысле. Став носителем православных и начальных ценностей, русский народ не может не восприниматься чеченцами-традиционалистами как естественный союзник в глобальной борьбе с мировым Злом. Такое союзничество в принципе не может быть оформлено "политическим договором", так как политика, являясь выражением текучести, конъюнктурности, приспосабливанием к сложившейся ситуации, уведет и народы России, и чеченцев по пути "государственных приоритетов". Наше союзничество должно быть основано на Традиции, на Священных Писаниях наших религий, на четком осознании, что договор заключается не между текучими политическими формами, являющимися тенями-отражениями сиюминутной конъюнктурности, а между народами, между реальными сообществами людей, несущими абсолютную ответственность перед Богом за свой выбор и являющихся, в своих национальных ипостасях или воплощениями Божьего промысла, или орудиями сатаны. Только при таком подходе мы можем разделить государственные и национальные интересы и приоритеты, ложь и истину, миф и реальность. Только так мы сможем считать себя последовательными приверженцами той парадигмы верующих людей, которую я обозначил в начале этого письма.
           Понимаю, что такая концепция международного (в подлинном смысле) договора может представиться политическому мышлению "гражданина" чем-то фантастическим, но вы согласитесь, что противоположная концепция "политического договора" не имеет ни единого прецедента его сколько-нибудь длительного соблюдения. А это означает, что "политический договор" не имеет для его субъектов обязательной силы, является "временной истиной", то есть ложью, к которой принуждают обстоятельства. Я думаю, что не "переплетение наших связей и экономик", а именно такое вот человеческое восприятие "договора", отражающего интересы народов, а не государств, должно обеспечить мирное сосуществование россиян и чеченцев, всех народов Земли. Но, чтобы сделать такое сосуществование реальным, прочным и имеющим нравственный смысл, Россия должна предложить чеченцам нечто более мотивированное, чем "цивилизацию", ибо, если бы чеченцев могла соблазнить "цивилизация", они нашли бы ее более завершенные образцы на Западе, в США, к которым сегодня устремлена и сама Россия, как и большинство стран СНГ.
            Теперь относительно вашего вопроса о способности традиционного общества "конкурировать" с "цивилизованным миром". Если свести проблему конкуренции к научно-технической гонке, то, если традиционное общество соблазнилось бы принять в ней участие, оно очень быстро перестало бы быть таковым и превратилось бы в интегральную часть "цивилизованного мира". Доминанта научно-технического развития делает эту участь неизбежной для любого общества, что вы можете наблюдать на примере Ирана, который за двадцать лет стремительно прошел путь от "исламской революции", от доктрины "модернизации без вестернизации" ко все более явственно проявляющей себя доктрине либерализации, с ее политическим и экономическим составными, к безоговорочной "модернизации через вестернизацию". Но я вижу "конкуренцию" с "цивилизованным миром" в другом: не в рамках бинарной оппозиции "богатые - бедные", не по линии экономической и политической мощи, а в рамках, создаваемых различением "нравственных" и "безнравственных" начал жизни, первые из которых имеют свое четкое проявление в сохранении естественной среды обитания человека и принципа "ближнего" в его общественной жизни, а вторые - не менее четко проявляются в уничтожении природы и отчуждении людей друг от друга. Нужно призывать к нравственности, ясно формулируя ее критерии, чтобы уйти от бесплодного морализаторства, от "гуманитарного тумана". Уверен ли я, что этот призыв не останется без отклика? Безусловно, да. И здесь нет никакого "фанатизма", никакого "пафоса", а лишь очередная "математически" обусловленная логика: у человека и человечества есть "встроенный" в них инстинкт самосохранения, который срабатывает самым мощным образом в самый кризисный момент.
            Наш мир переживает острый кризис, надвигается экологическая катастрофа и всемирный ценностный хаос. Выход из этого кризиса может быть только на пути возрождения нравственных начал. Это - простая "арифметика", опирающаяся на реальные категории.
            В ответ на вашу ностальгию по Советскому Союзу, хочу сказать, что не СССР и не советская модель "интернационального" сосуществования народов должны нам "подсказывать" пути интеграции, совместной жизни на Божьей земле. Советский строй, базируясь на четко выраженном материалистическом фундаменте, на атеистической парадигме прогресса, являлся, по сути, механизмом быстрейшей девальвации и искоренения религиозных и национальных традиций в народах. То есть, создавая в народах ценностный вакуум, он оставлял в них лишь потребительские инстинкты, и этим готовил "биологическое сырье" для прихода демократии, доведшей этот инстинкт до абсолюта. Поэтому, будущее россиян и чеченцев может быть совместным не по советскому образцу, а по евразийскому, понимая под этим учением его нацеленность на возрождение этно-религиозных традиций. Если Россия примет этот ориентир, то у нее появятся единые с чеченцами интересы, которые логично и отстаивать в единстве. С учетом этой очевидной логики и появилась предлагаемая мною российской элите власти доктрина "Единого ценностного пространства и двух систем". Под "единым ценностным пространством" я понимаю арену интеграции взявших курс на возрождение традиций евразийских народов, в которой Россия сможет сыграть отведенную ей историей выдающуюся роль. Я не питаю особых иллюзий относительно того, что российские политики внезапно преобразятся и, отбросив политические игры, станут преследовать нравственные цели. Однако я не сомневаюсь, что, исходя из своих личных интересов и имперских амбиций, они придут к заключению, что многонациональная, ядерная Россия не может существовать иначе как "великая держава". Затем, осознавая, что сегодняшняя Россия не обладает силами и ресурсами, необходимыми для восстановления "империи зла", то есть империи, не считающейся с интересами своих субъектов и соседей, они будут вынуждены на системном уровне осмыслить следующие три предпосылки:

            1. Россия по своему историческому характеру обречена на то, чтобы или существовать как империя, или исчезнуть;
            2. Чтобы существовать как империя, многонациональная Россия должна управляться с помощью авторитарных, а не демократических алгоритмов центральной власти;
            3. Чтобы Россия могла создать новую империю, эта империя должна быть желанной, а не отрицаемой своими народами и ближним зарубежьем, и, как таковая, она должна быть не только "ядерной крышей" для всех постсоветских авторитарных государств, но, прежде всего, "спонсором" возрождения религиозных и национальных ценностей всех народов, находящихся в совместном с нею ценностном пространстве.

            Любая империя, как вы понимаете, - это множество народов и культур, подчиненных единому центру власти. Власть может удерживать империю от распада только двумя способами: или силой, не считающейся с интересами своих субъектов, или авторитетом, основанным на общности целей и средств в "центре" и на "периферии". В первом случае, империя обречена на распад, так как насилие центра неизбежно порождает центробежные и постоянно усиливающиеся тенденции среди всех маргинальных субъектов империи. Это случилось со всеми, известными в истории, великими империями: Римской, Персидской, Османской, Австро-Венгерской, Российской, Британской. Во втором случае, империя приобретает черты добровольной конфедерации с единым координационным центром, в котором принимаются согласованные всеми стратегические решения относительно общих врагов и общих интересов, оставляя все остальные тактические вопросы для проработки на местах. Осознавая себя не модернистской, а традиционной великой державой, Россия имеет шанс стать именно такой империей нового типа - империей с человеческим, а не деспотическим лицом. Такая империя, вместо того, чтобы жестким, беспощадным подавлением любых проявлений сепаратизма сохранять свою целостность, что является тупиковым путем, станет максимально лояльной к этно-религиозным традициям как входящих в империю народов, так и своих союзников, и сможет, со временем, шаг за шагом, эволюционным путем, трансформировать себя в добровольную конфедерацию народов, объединенных на базе общности интересов по защите традиционных ценностей. Конечно, этот процесс будет долгосрочным, займет не одно десятилетие, но главное, что ему не только никто не будет мешать, как изнутри, так и из непосредственного окружения создающейся "новой империи", но, наоборот, он будет пользоваться всеобщей поддержкой, так как все субъекты и союзники "новой империи" увидят в ней эффективный исполнительный механизм, по своей ценностной векторности направленный на прямой путь к осуществлению как общих, международных, так и частных, национальных целей. Таким образом, как бы парадоксально это ни звучало, российские государственные деятели, даже далекие от того, чтобы о своей деятельности думать не в категориях политики (польза и вред), а в категориях нравственности (добро и зло), предпринимая сугубо утилитарные и конъюнктурные шаги, будут действовать так, как будто бы они на самом деле руководствовались в своей деятельности исключительно нравственными императивами, так как конечным и заранее желаемым результатом их реальных действий будет создание "империи добра".
            Говоря о "двух системах", которые возникнут в "едином ценностном пространстве", я и подразумеваю сосуществование в единых пространственных рамках теократической Чечни и автократической России, взявших ориентир на традиционализм.
            Уверен, что названная схема урегулирования российско-чеченских отношений - реальность недалекого будущего.
            Но это еще не все, вернее, - это только начало. Создав совместными силами, в центре Евразии, анклав традиционного порядка, основанного на национальных и религиозных ценностях, чеченцы, народы России и их союзники все-таки будут находиться в окружении безнравственной агрессивной среды, всеми доступными средствами пытающейся задавить этот анклав возрождающегося естественного состояния человека, усматривая в нем (и не без основания!), главную угрозу для искусственной, технократической цивилизации глобализма.
           Я, конечно, понимаю, что сегодня, когда Москва и Вашингтон вошли в отношения, как всем кажется, беспрецедентной "дружбы и доверия", создающие предпосылки для разговоров о "вхождении РФ в НАТО" и даже - о создании, в каком-то осязаемом будущем, "единого североатлантического государства на базе США и РФ", как я уже говорил, продолжение дискурса об угрожающем России западном глобализме временно стало "немодным". Но я еще лучше понимаю, что этот "медовый месяц" быстро закончится, так как интересы США и РФ по своей природе не только не совместимы, но - прямо противоположны.
            Все это уже было. Достаточно вспомнить великую "дружбу и доверие" между США и СССР, когда в лице Гитлера они имели опасного общего врага. Достаточно вспомнить "медовый месяц" Сталина, Трумэна и Черчилля в Ялте 1945, который очень быстро вылился в длительную холодную войну, разделившую весь мир на две сферы влияния - капиталистическую и коммунистическую. Скоро, в обязательном порядке, мы станем свидетелями повтора этой ситуации. Политическая дружба превратится в стратегическую явную вражду, не опирающееся на факты доверие - в неотразимые факты шпионажа, грязной конкуренции, отвратительной пропаганды.
            Это неизбежно не только потому, что неизбежно отрицание "моря" - "сушей", протестантизма - православной иерархией, демократии - автократической элитой власти, космополитизма - националистами, богатых - бедными, наконец, открытого общества - обществом полуоткрытым, взявшим курс на закрытие, а прежде всего потому, что, в отличие от сугубо политического конфликта между США и СССР во времена холодной войны, новый конфликт между глобализмом, проводником которого является Вашингтон, и традиционализмом, которым вооружится против глобализма Москва, будет иметь не политический (конъюнктурный), а нравственный (фундаментальный) характер. Если до момента возобновления конфликта на оси Москва - Вашингтон мы успеем создать ось Москва - Кавказ - Тегеран, то новая конфронтация между Западом и Востоком приведет к победе России и ее союзников и привлечет на ее сторону всех разочарованных в модернизме и "прозревших" "диссидентов" на Западе. Формула этой победы будет проста. Сегодня Вашингтон навязывает всему миру разделение на "богатых" (Север, Запад) и "бедных" (Юг, Восток), используя для этого, как предлог, "антитеррористическую" войну "с глобальным злом" и лозунг или, вернее, шантаж: "кто не с нами, тот против нас". Успех России и ее союзников в построении "империи добра" создаст новую, скажем, "геоаксиологическую" ситуацию в мире и позволит нам призвать весь человеческий род разделиться не на "богатых" и "бедных", а на "нравственных" и "безнравственных", на тех, кто в оздоровлении земли и исцелении души видят общее благо всего человечества и абсолютный нравственный императив ("свои") и тех, кто в земле и душе видят лишь сырье для производства "хлеба и зрелищ" ("чужие"). Это новое деление людей, по ценностному, а не политико-экономическому признаку, создаст совершенно новую картину мира. Это позволит нам выработать, вместо политической карты, разделяющей государственными границами территориальные сферы влияния на земном шаре, и экономической карты, разделяющей натуральные богатства земли трубопроводами и железными дорогами, аксиологическую карту, разделяющую не материальные объекты и юридические лица, по отношению к той или другой территории, а людей, по отношению к добру и злу, на тех, кто служит Богу и тех, кто служит сатане, на поклоняющихся Творцу и поклоняющихся созданному людьми "золотому тельцу" потребительской, технократической цивилизации. Тогда, и только тогда, мы наглядно увидим, не только что есть что, а еще и кто есть кто: кто - свои, а кто - чужие, кто - наши союзники, а кто - враги, и, что не менее важно, ясно увидим, что и те, и другие находятся рядом с нами, и те, и другие есть и среди богатых, и среди и бедных, и на Западе, и на Востоке, и на Севере, и на Юге. Тогда, и только тогда, мы не только наглядно увидим, что Царство Божье - это реальность и в нас, и в наших ближних, но и сможем верно различать: кто действительно наш ближний, а кто - нет.

    С уважением, Х.-А. Нухаев


    Оставить запись
 

Книги Х.-А.Нухаева


"Ведено или Вашингтон?"

"Чеченцы скорее изменят мир, чем изменят свободе"


Фрагменты из фильма "Строительство новой Империи"

Info@noukhaev.ru

Главная Книги Статьи Пресса Фото Видео