Хож-Ахмед Нухаев
За оздоровление земли и исцеление души!

ВСЕ МАТЕРИАЛЫ

ГОСТЕВАЯ КНИГА

Съезд чеченского тэйпа Ялхой Материалы Фоторепортаж

Международная конференция "Исламская угроза или угроза исламу?" Материалы Фоторепортаж



ТЕРРОР - ТЕХНОЛОГИЯ ЦИВИЛИЗАЦИИ

Что произошло?

11-го сентября 2001 года мир изменился. То, что еще 10-го сентября казалось немыслимым, сегодня, всего лишь полгода спустя, - уже факты Новейшей Истории, ни у кого не вызывающие удивления. Напомним читателю некоторые из них.
        Российское посольство в демократическом Афганистане, cпасатели из МЧС РФ, спасающие афганских моджахедов от аппендицита. Российские медсестры без паранджи и платка на голове, раздающие на улицах Кабула анальгин пуштунским мужчинам и советующие всем желающим, как избавиться от головной боли.
        Американские военные базы в демократическом Узбекистане, Таджикистане и Туркменистане. Американские солдаты, приветствующие тюркских исламистов в Ферганском ущелье широкой улыбкой и раздающие их детям жвачку с маркой "Made in USA". Американские сотрудники ЦРУ и Пентагона, подающие братские советы грузинским политикам и генералам, как избавиться от "международных террористов" в Панкисском ущелье, а заодно и от "головной боли", вызванной не совсем "братским" поведением России на Кавказе.
        Израильские танки в саду перед домом Ясира Арафата в бывшей Палестинской автономии. Израильские социологи, "советующиеся" посредством общественных опросов с гражданами демократического Израиля, как узаконить геноцид на оккупированных Израилем с 1967 года палестинских территориях и как наделить правительство Израиля конституционными полномочиями для открытого проведения в секторе Газа и на западном берегу Иордан этнических чисток, еще 10-го сентября 2001 года считавшихся, по международному праву, установленному ООН, преступлением против человечества.
        Саудовский нефтяной барон, наследник престола уже почти демократического Королевства Саудовской Аравии, готовится к выезду в Техас, на ранчо семейства нефтяных баронов Бушей, для обсуждения с Президентом США арабской мирной инициативы, уже одобренной Советом Безопасности ООН. В обмен на обещание Израиля не совершать открытых преступлений против человечества на территориях, принадлежащих арабским государствам, соответственно этой инициативе, все арабские государства готовы признать де-юре победу, которую в войне 1967 года Израиль одержал над этими государствами де-факто.
       Все это уже случилось. Это факты нашей Новейшей Повседневности. Их можно обсуждать, анализировать, спорить об их генезисе и значимости, по-разному оценивать. Но заниматься лишь толкованием того, что уже произошло, не учитывая, к чему это ведет - значит заниматься пустяками, впустую тратить время. Поэтому, в данной статье, я хочу заострить внимание читателя не на том, что уже случилось, а на том, чему предстоит случиться. На том, что неизбежно произойдет как следствие имеющихся фактов, если, конечно, вместо того, чтобы относиться к ним как к фактам, мы не отнесемся к ним как к знакам. И не просто знакам Времени, но - знакам Вечности.
        Как понять то, что уже произошло, чтобы верно составить вероятный прогноз, определить, к чему это приведет? Опираясь на какую логику, исходя из какой мудрости мы могли бы выработать альтернативный сценарий будущих событий?

Как понимать то, что произошло?

        Современный человек привык опираться на, грубо говоря, три источника теоретико-философских принципов, с помощью которых он толкует и изменяет окружающую его реальность. Один источник - это исторически сложившаяся, накапливаемая тысячелетиями, со времен древнегреческих философов, повседневная "мудрость" Запада. Второй источник - результат скепсиса, критики и последовательной модернизации повседневной "мудрости" в эпоху Нового Времени. Это - модернистская "мудрость". Наконец, третий источник - результат поэтапной деконструкции модернистской мудрости и последующего радикального переосмысления и переоценки остатков этой деконструкции как "новыми левыми", так и "новыми правыми" в эпоху Новейшего Времени. Это - постмодернистская "мудрость". Обозначим, сначала, общие черты этих трех мировоззренческих систем и, после критического обоснования их неадекватности, перейдем к изложению принципов варварской мудрости, которая будет для нас основанием последующего анализа.
        "Невозможно дважды войти в одну и ту же реку". Все течет, все меняется. Мера всех вещей - индивид. Нет дыма без огня. Нет выстрела без приказа. Нет языка без мышления и не бывает мышления без языка. Все это, как и пресловутые вопросы "что первично: бытие или сознание?" или - "что появилось раньше - курица или яйцо?" - примеры повседневной "мудрости" цивилизованных людей Запада, восходящие к эллинским мыслителям досократического периода: Гераклиту, Демокриту, Протагору и другим основоположникам материализма, атомизма, индивидуализма и диалектики.
        "Все люди - подлецы". "Невидимая рука рынка" конвертирует частные противоречия частных предпринимателей - "купцов" и "банкиров" - в общее благо всего человечества, в научно-технический прогресс, обеспечивающий безопасность и богатство всех народов. Все иррациональные войны, конфликты и противоречия между враждебными друг к другу народами и государствами, согласно "невидимому плану природы", ведут человечество к "всеобщему миру в рамках единого всемирного государства". Противоречие тезиса и антитезиса неизбежно порождает синтез. Классовая борьба ведет к отмиранию государства. Религия и политика - это враги открытого общества, основанного на принципе рациональности и категорическом императиве постоянной рационализации экономики, развития науки и модернизации техники. Прогресс - от старого порядка через хаос в точках бифуркации - к новому порядку имеет линейный, постоянный и необратимый характер. Смена мировоззренческих парадигм в сообществе ученых определяется сменой образа жизни в обществе и, в свою очередь, порождает дальнейший прогресс как общественного сознания, так и повседневного бытия. Светская власть плюс модернизация любой страны должны финансироваться не только всеми Фондами Открытого Общества, но и всеми средствами Всемирного Банка (ВБ), Международного Валютного Фонда (МВФ) и Международной Финансовой Корпорации (МФК).
        Эти принципы модернистской "мудрости", восходящие к философии Д.Юма, А.Смита, Э.Канта, В.Гегеля, К.Маркса, К.Поппера, П.Пригожина, Т.Куна, Дж. Сороса, предопределившие ход истории Нового и Новейшего Времени сегодня признаются "мировым сообществом" как самоочевидные истины "мировой цивилизации", оспариваемые лишь "миссионерами" постмодернизма в "оторванных от реальной жизни университетах" Парижа, Франкфурта, Кембриджа и Йеля, и их последователями в диссидентских, антиглобалистских кругах Старого и Нового Света.
        Теоретическую значимость всех разновидностей культуры и прикладную ценность всех разновидностей цивилизации надо оценивать исключительно с точки зрения их функциональной полезности для их субъектов на местах (какими бы экзотичными, дикими, варварскими они ни казались изучающему их западному наблюдателю), а не по тому, насколько они соответствуют западным стандартам высокого уровня культуры и развитой формы цивилизации. Анализ структуры языка и структурный анализ взаимоотношений между знаковыми системами и поведенческими алгоритмами, характерными для родоплеменного сознания и повседневной жизни людей, живущих в естественном состоянии на перифериях мировой цивилизации, доказывает, что Традиция обеспечивает все естественные нужды индивидуума не хуже, а лучше, чем Прогресс, порождаемый непрестанно ускоряющимся чередованием инноваций. Для цивилизованных людей, живущих в искусственном состоянии в центре мировой цивилизации, обеспечение их искусственных нужд требует системного взаимодействия постоянно модернизирующихся технологий производства новой власти, новых вещей, новых знаковых систем, новой идентичности. Традиционное общество может понимать модернистский дискурс цивилизации и даже отрицать сопровождаемый этим дискурсом прогресс. Но оно не в состоянии от него защититься. Пользуясь альтернативным, непонятным для цивилизации дискурсом, основанным на Традиции, традиционное общество не сможет повлиять на цивилизацию и остановить ее насильственную экспансию на территорию традиционного закрытого общества. Пользуясь же дискурсом цивилизации, традиционное общество добровольно откроется для модернистских технологий и незамедлительно вступит на путь прогресса и поэтапной конвертации в открытое общество. Иными словами, в столкновении с цивилизованным открытым обществом варварское закрытое общество, как бы оно себя ни вело, обречено на исчезновение: либо в результате своей продажности, либо - в результате отсталости. Кого цивилизация не сможет купить (ситуация сосуществования и торговли в рамках единого дискурса), того она уничтожит (ситуация конфликта в случае отказа от дискурса). Таким образом, модернизм обречен на экспансию, варварство - на исчезновение, а постмодернизм - на то, чтобы предвещать неизбежность и абсурдность такого хода истории.
        Эти принципы постмодернистской "мудрости" не оспаривает никто из "диссидентов", выступающих за деконструкцию "мировой цивилизации". При этом они указывают на антигуманный характер модернистской теории и отрицают основанные на этой теории "правила игры", определяющие западную практику лжи, насилия и грабежа во внешних отношениях "международного сообщества" с варварами на восточных и южных перифериях мировой цивилизации. Однако, растущая с каждым днем волна постмодернистского антиглобализма, отталкиваясь от теоретических разработок "отцов-основателей" структурной теории мышления и языка, основанной на лингвистике, логике и семиотике (Н.Трубецкой, Ч.Пирс, Ф. де Соссюр, Э.Кассирер, А.Тарский, Ц.Тодоров, Р. Якобсон, У.Экко, Н.Хомский), пользуясь методологией системного структурализма и постструктурализма (К.Леви-Стросс, М.Фуко, Ж. Деррида), признавая культуро-философские достижения Франкфуртской школы постгегельянства и постмарксизма (Г. Маркузе, А. Адорно), и восходя своими корнями к основоположникам философии жизни, анархизма и глубинной экологии (Ж.-Ж. Руссо, П. Прудон, Ф. Ницше, М. Бакунин, П. Кропоткин, Л. Толстой, Ф.И.Тютчев, В.Вернадский, Ф. Капра), до сих пор не сумела выработать положительную программу альтернативного мирового порядка. Антиглобалисты знают, против чего они борются, но, на самом деле, не знают за что. Антиглобалисты хорошо освоили отрицательные и разрушительные технологии оппозиции, но, придя к власти, они будут, подобно "зеленым" в Германии, действовать по модернистским схемам предыдущей власти. И не потому, что это будет их желанием или потому, что политики всех мастей коррумпированы, что всякая власть коррумпирует всех, кто с ней соприкасается. (Хотя, конечно, и этот фактор "вездесущего вируса власти" нельзя забывать, но при этом его надо понимать не как первичный, а как вторичный.) В отсутствие положительной, созидательной, простой и ясной альтернативы, какими бы чистыми, принципиальными и нравственными они бы не были в своей личной жизни, в публичной жизни, у них не будет выбора иного, как подать в отставку или властвовать по хорошо испытанному модернистскому шаблону. Исходя из расчета, что лучше: уступить место модернистам и сохранить свои принципы или сохранить власть и уступить место в своем мировоззрении и мире повседневным компромиссам, спасая при этом хоть что-то в находящейся под угрозой экологической среде, выбирая из двух зол, основываясь на принципе рациональности, они, конечно, выберут "меньшее зло". Принося в жертву экологическую теорию на алтарь экономической практики, они будут властвовать и совершать необходимое зло, "грязные компромиссы", не ради корыстных целей, а ради общего блага. В этом с их стороны не будет обмана, а лишь частная драма и общий абсурд.
       По разным причинам ни повседневная, ни модернистская, ни постмодернистская "мудрость" не пригодны для анализа того, что произошло, и прогнозирования того, что произойдет.
        Повседневную "мудрость", как и любую мировоззренческую систему, основанную на случайном наборе стереотипов, я считаю ложной в силу ее банальности, однобокой, привычной поверхностности ее суждений. Цивилизованный человек в сочетании причины и следствия, "огня" и "дыма", видит лишь историческую, то есть случайную связь фактов, чередующихся во времени, или - географическую данность фактов, сосуществующих в пространстве. Очевидно, что факты, производные от синтеза истории и географии, по своей природе - физические. А какая польза от метафизического толкования физических фактов? Зачем затруднять себя, выявляя их сущность (цикличный процесс воспроизводства), первопричину (начало первого цикла) и конечную цель (конец последнего цикла), зачем проводить их нравственную оценку с точки зрения абсолютных критериев различения Добра и Зла, если общеизвестно, что метафизика и основанная на ней нравственность, как и все соответствующие оценочные процедуры, ссылающиеся на "неизменную природу вещей", "Добро" и "Зло", - это пережитки теократического варварства?
       Чем угрожает такой, скажем, технократический подход к фактам, когда реальность осознается исключительно сквозь "очки физики", а "метафизика" отправляется на свалку истории, как суеверие (религия) или миф (философия), становится ясно, если осмыслить ответ подсудимых, постоянно звучавший на Нюрнбергском процессе в 1945 году, устроенном "мировой цивилизацией" нацистам за "геноцид", "преступление против человечества": "Мы только исполняли приказы".
        В этом ответе высших чиновников немецкого национального государства - лишь "логика голых фактов". Разве основополагающим принципом "мировой цивилизации" не является предпосылка, заключающаяся в том, что каждый народ, организованный в национальное государство ("nation state"), как утверждают апологеты "мировой цивилизации", обладает суверенитетом? Разве, в силу этого суверенитета, национальное государство не призвано установить на своей территории свою эффективную власть? И разве главной функцией эффективной власти не является защита "общего блага" своего народа? Если, посредством своего государства и своей демократически избранной власти, ради своей безопасности, немецкий народ дал немецким чиновникам "приказ" уничтожить своих врагов, и если исполнение этого "приказа" чиновник, в свою очередь, перепоручил генералу, в результате чего летчик сбросил бомбы на город "в тылу врага", солдат расстрелял "подозрительную толпу" мирных жителей деревни, снабжающей "врагов" едой, а начальник того или другого "лагеря смерти" сжег несколько миллионов "врагов" немецкого народа, то имеет ли право "мировая цивилизация" судить исполнителей этого приказа, на каком бы уровне власти они бы ни находились? Ведь, по сути, этот приказ восходил к суверенной воле немецкого народа, руководствующейся тем же самым принципом рациональности, который и является основанием "мировой цивилизации". Очевидно, что единственное право, на которое "мировая цивилизация", осудившая немецких чиновников и генералов, может сослаться - это право победителя, что тождественно "закону джунглей" или "логике голых фактов".
        В соответствии с принципами повседневной "мудрости", сам факт победы является уже достаточным основанием для того, чтобы победитель квалифицировал военные действия побежденного как "преступления", заслуживающие наказания по его усмотрению, исходя из его текущих, вечно меняющихся интересов. Сиюминутная, конъюнктурная "повседневная мудрость", действительно убежденная, что "все", в буквальном смысле этого слова, "течет" и "меняется", не владеет и не может владеть никаким вечным, постоянным, твердым, неизменным критерием различения Добра и Зла. Отчуждаясь от абсолютной Истины, сознательно и добровольно погружаясь в постоянно ускоряющийся поток информации, цивилизованный человек утратил способность вершить справедливость Истиной. Когда Истина отождествляется с Информацией, а значимость Информации зависит от селекции и толкования основополагающих для этой информации Фактов, в то время как сами эти Факты интерпретируются победителем, то, очевидно, что любой суд над побежденным - это, всего лишь, своеволие, основанное на интересах победителя, не имеющих ничего общего с истинной оценкой действительных обстоятельств преступления. Как таковое, это своеволие основано на случайном наборе фактов, а не на справедливом подходе по отношению к побежденному. Но в такой издевке над принципами справедливого суда, как это имело место в Нюрнберге, конечно нет ничего удивительного. Как еще 350 лет назад доказал Т.Лейбниц, "ни одно явление не может оказаться истинным или действительным, ни одно утверждение справедливым без достаточного основания". В случае такого очевидного преступления против всего человечества, как геноцид, совершенный руками чиновников, генералов и солдат Третьего рейха, повседневная "мудрость" Запада, вместо логики "справедливых утверждений" и "истинных или действительных явлений", была вынуждена воспользоваться "логикой оружия", то есть - логикой грубой силы и случайных фактов. Если бы "мировая цивилизация" в Нюрнберге довела до логического конца ею начатое "дело" и "докопалась" бы до установления "достаточного основания" геноцида, до его первопричины, то на скамье подсудимых, рядом с немецким "национальным государством", она должна была бы посадить "мировую цивилизацию", то есть самою себя. Или - хотя бы покаяться. А как и за что каяться дикарю, который не умеет отличить Добро от Зла, не понимает, что святость, а что - грех?
       Для наглядного подтверждения той лжи, которую повседневная "мудрость" высокопарно и с большим пафосом преподносит как "мировую цивилизацию", приведем один пример. Очевидно, что, если после ядерных ударов по Хиросиме и Нагасаки, Япония сумела бы организовать победоносный реванш, то на новом Нюрнбергском трибунале в качестве подсудимого оказался бы президент США, его чиновники и генералы. Кого же тогда нужно было бы судить как виновника "геноцида" японского народа: летчиков, сбросивших атомные бомбы на мирные города Японии, их непосредственных командиров, отдавших эти преступные приказы, их генералов, их президента, их избирателей в лице американского народа, наделившего "первого чиновника в государстве" конституционным правом совершать геноцид по своему усмотрению, наконец, "отцов-основателей" США, утвердивших ту, а не иную Конституцию? А почему, наконец, не все государства мира, признавшие США, вместе с их преступной Конституцией, легитимным государством?
        Конечно, у цивилизации, нет ответа на этот вопрос. И это не удивительно. Цивилизованный человек видит вокруг себя лишь факты Повседневности. Не видя в них знаков Вечности, отказавшись от Откровения, считая религию суеверием, дикарь в "цивилизованной шкуре", в отличие от варвара, не может решить даже детский, по сути, вопрос: "что первично - курица или яйцо". Очевидно, что едва ли он способен различить, что есть Добро, а что - Зло, что - естественная первопричина, а что - искусственное своеволие, что - зло необходимое, а что - грех, наконец, что есть нравственный регресс человечества, а что - безнравственный прогресс цивилизации, что есть Истина, а что - Информация.
        Модернистскую "мудрость" я считаю ложной по той простой причине, что она основывается на ложной, то есть - диалектической - предпосылке Диалектика - это реальный процесс, но процесс, происходящий в результате отклонения человека от Истины, в результате конфликта "отцов" и "детей", давшего начало Истории и, тем самым, приведшего к концу доисторическую фазу нашего бытия - Традицию. Следовательно, диалектика - это разрушительный конфликт, ведущий к ложным теоретическим заключениям и вредной для всего живого, органичного и естественного практике, то есть - не к прогрессу, а - к регрессу. Диалектический процесс на самом деле характеризуется единством и борьбой противоположностей, движущих Историей открытых систем, отчуждившихся от Традиции, руководящей закрытыми системами. В традиционной закрытой системе, обладающей неповрежденной социальной иммуносистемой и характеризующейся в силу этого социальной статикой и равновесием в отношениях "отцов" и "детей" нет места для внутрисистемных конфликтов и тем самым нет места для диалектики. В исторической открытой системе, отпочковавшейся от традиционной закрытой системы в результате отчуждения "отцов" от Бога и "детей" от "отцов", процесс разрушения социальной иммуносистемы сопровождается постоянным ростом социальной динамики и ускорением дезинтеграции всех социальных уз в кровнородственной среде "отцов" и "детей" - в такой среде конфликты и диалектика не оставляют места для первичной гармонии и цикличного воспроизводства равновесия системы. Таким образом, "открытие" любой закрытой социальной системы, дестабилизация любого закрытого общества под воздействием вырвавшихся из-под контроля человека страстей, порождает динамику, естественное состояние порождает противоестественное состояние, "здоровье" порождает "болезнь", единство противоположностей порождает борьбу противоположностей. Таким образом, вместе с Историей, зародившейся на перифериях Традиции, зародился диалектический процесс, который в силу своей внутренней логики всегда ведет от простого к сложному и от сложного - к более сложному. Но, так как принцип усложнения имеет не естественный, а искусственный характер, производный от противоестественного конфликта "отцов" и "детей", на самом деле, диалектический процесс - это падение от плохого к худшему, и от худшего - к еще более худшему. От Традиции к Истории, от Истории к Повседневности. От общины к городу, от города к государству. От общинности к коллективизму, от коллективизма к индивидуализму. От Варварства к Культуре, от Культуры к Цивилизации. От "отцов" к "детям", от "детей" к "ублюдкам".
       Постмодернистскую "мудрость" я, по большому счету, считаю бесполезной. Модернизм, отклоняющий людей от Традиции в сторону Истории и движущий Историю в сторону Повседневности - это реально существующее вокруг нас зло, но отрицая это зло и не осознавая при этом, что его первопричиной является апофеоз индивидуума, отражающийся как в индивидуализме, так и в коллективизме, не понимая, что основанием естественного состояния человека является общинность, несовместимая ни с индивидуализмом, ни с коллективизмом, постмодернизм не может поставить верный диагноз болезни, разрушающей внешний и внутренний мир человека. Тем более, постмодернизм не может выработать лекарство, необходимое для преодоления отчуждения, разрушающего все межчеловеческие отношения и направляющего людей, движимых алчностью и честолюбием, на абсурдную гонку за "хлебом и зрелищами", губительную не только для религии и нравственности, но и для экологии и культуры.
        Понимая предрасположенность Повседневности, то есть постисторической фазы нашего бытия, в которой "дети" управляют "отцами", а "отцы" следуют за "детьми", к тому, чтобы когда "все течет", всегда плыть по течению и оставаться на плаву, и, осознавая всю боеспособность модернизма и беззащитность постмодернизма, я буду опираться, как уже сказал, на варварскую мудрость, предопределенную Традицией, или, точнее, логикой ханифийского традиционализма. Общинные принципы и нормы этой логики восходят к естественному закону - основе завета, установленного Единым Богом с пророком Ноем (мир ему) и в его лице - с общиной наших "первых отцов", от которой берут свое начало все народы, составляющие сегодня человеческий род, и все архетипы, составляющие модель благочестивого образа жизни.
        Варварская мудрость - это абсолютный реализм, проявляющийся в гармоничном образе жизни архетипной кровнородственной общины, всегда соизмеряющей то, что произошло и то, что может произойти с абсолютным образцом Традиции "первых отцов", однозначно указывающим нам на то, что, как и зачем в нашем внутреннем и внешнем мире должно произойти, чтобы мы не отклонились от "пути прямого" из Вечности в Вечность, не погрузились в Историю и не потерялись в Повседневности.
        Исходя из всего сказанного выше, можно заключить, что категория "истина" подразделяется на: (1) абсолютную Истину, носителем которой является Традиционализм и (2) относительную истину, носителем которой является Модернизм. Традиционализм - путь варварства, существующего вне культуры и цивилизации и вопреки им. Модернизм - путь культуры и цивилизации, которые не могут существовать друг без друга.
       Варварство, своей миссией "здесь и сейчас", осознает хранение нравственности, основанной на иерархическом, гармоничном, естественном порядке и на непоколебимом знании извечной Истины. Находясь в любой пространственно-временной точке мира, варвар, в отличие от аскета или монаха, не отрицает мира и не пытается изолировать себя от него за искусственными стенами какого-либо убежища. Где бы он ни был, варвар знает, что контекстом Пространства является Время, контекстом Времени является Вечность, а контекстом Вечности является Откровение, в котором абсолютным духовным ценностям, определяющим его сознание, отводится приоритет перед относительными материальными ценностями, определяющими его бытие. Следовательно, варвар всегда смело идет на встречу с миром, видя в нем часть святого наследия "первых отцов". Опираясь на принцип общинности, не допускающий ни индивидуализма, ни коллективизма, варвар понимает, что изолировать надо не себя от мира, а мир и самого себя - от своих страстей. Именно этой цели служат общинный образ жизни и Традиция, которые с самого начала зарождения каждой новой жизни формируют и характер ребенка, и характер его социальной среды в контексте общинной ответственности за совершаемое в этой среде Добро и Зло.
       Культура, постоянно переживающая кризис идентичности, вызванный утратой корней, уходящих в общинность, и предчувствием всей пагубности индивидуализма, ищет спасения в коллективизме и заботится не столько о какой-либо жизнетворной миссии по отношению к внешнему миру, сколько о собственном выживании. Находясь на распутье между духовными и материальными ценностями, культура постоянно ищет ответы на фундаментальные вопросы: "Что делать?", "Быть или не быть?", "Что есть истина?" и колеблется между нравственным долгом - в союзе с варварством, и безнравственной выгодой - в союзе с цивилизацией;
       Цивилизация, своей миссией "здесь и сейчас", понимает уничтожение неисправимого, общинного варварства и дисциплинирование коллективистской культуры таким образом, чтобы заставить ее однозначно отражать превосходство индивидуалистских материальных ценностей "потребителя" над духовными ценностями "учителя". Соответственно, культура должна раз и навсегда отказаться от своей привычки "называть" все новые вещи, производимые цивилизацией, старыми именами, из сферы философии, включающей такие туманные, непонятные ни для цивилизованных людей, ни, тем более, для их компьютеров имена, как "нравственность", "мораль", "этика", "добро", "зло" и прочие. Культура, подчиненная цивилизации, должна пользоваться прозрачным для электронной памяти Интернета технократическим числовым кодом по принципу: "одна вещь - одна кодовая единица".
       Из всего вышесказанного можно сделать несколько заключений: Варварство тождественно Традиционализму и, как с хронологической точки зрения, так и по существу, оно первично по отношению к Модернизму, который, в свою очередь, имеет две составляющие, Культуру и Цивилизацию. Любое рассуждение об отношениях между культурой и цивилизацией предполагает то или иное понимание как культуры, так и цивилизации, и, тем самым, дает нам возможность рассматривать и то, и другое независимо друг от друга, как таковые, то есть - вне этого отношения. Иначе вопрос об отношении между ними вообще не может быть поставлен. В культурологии, грубо говоря, категории "культура" и "цивилизация" принято трактовать либо как: (1) по аналогии с системой мышления и языка, как два имени, обозначающие два аспекта одной вещи, или, вернее, одного процесса, обусловленного прогрессом, проявляющимся в областях творчества и производства, образования и воспитания, почитания и культа каких-либо ценностей, либо, (2) по аналогии с системой общественной жизни, обусловленной экономикой и политикой, как базис (цивилизация) и надстройка (культура), либо, (3) по аналогии с системой органичной жизни, как две фазы необратимого линейного поступательного процесса, в котором культура первична, а цивилизация вторична, как молодость и старость, жизнь и смерть, восход и закат. Ни один из этих трех подходов культурологии не соответствует трактовке этих категорий с точки зрения варварства, так как все они основаны на прогрессивном, а не цикличном понимании времени.
        Если несомненно то, что мышление и язык взаимно обусловливают друг друга, что выражается в неоспоримой для цивилизованного человека общеизвестной формуле, согласно которой "как нет языка без мышления, так и не нет мышления без языка", и если эта формула действительно бесспорна, благодаря чему можно сказать, что "мышление и язык (речь) - это лишь две одинаково односторонние абстракции, а выражаемая в них конкретность есть нечто третье, само по себе ни мышлением, ни языком не являющееся", и если ни цивилизация, ни культура, ни обобщающая их философия не в состоянии определить и назвать природу этого таинственного "нечто третьего", то для варвара здесь нет никакой тайны. По воле Творца эта тайна раскрыта каждому человеку, обладающему разумом и верующему в знаки и знамения, содержащиеся в Откровении. Согласно Откровению все люди созданы от одной пары, мужчины и женщины, родами и народами, чтобы они знали друг друга. Чтобы это "знание" хранилось и передавалось из поколения в поколение, от "отцов" к "детям", разные народы наделены разными языками. Следовательно, любое знание (мышление) всегда "конкретно", а не "абстрактно", то есть выражено не в языке (речи) вообще, а в конкретном языке данного народа, восходящем к пра-языку общины наших "первых отцов", которая, спасая в Ковчеге по одной паре от каждой твари, спасла и язык нашего праотца Адама (мир ему) и тем самым унаследовала открытые нашему праотцу нашим Творцом "имена всех вещей", дошедшие до нашего времени в лоне Традиции. Основанием для всего множества форм знания и всего множества форм языка во всех современных мужчинах, женщинах, общинах, коленах, родах, народах и расах является единое духовное начало, восходящее к нашему праотцу, которое и есть достаточное основание веры в Единого Бога. Каким бы именем, в прошлом или настоящем, люди ни славили Бога, среди Его святых имен одно всегда узнаваемо и признаваемо всеми истинными религиями: это - "Свет". Несмотря на все множество языковых форм в прошлом и настоящем, нет такого языка, где бы не присутствовали имена, однозначно восходящие к нашему праотцу: "Добро" и "Зло". Если современный человек убежден, что для того, чтобы избежать Тьмы, в которой невозможно различить Добро и Зло, ему нужен Свет, то к каким бы "новым именам" он ни прибегал, определяя свою идентичность - будь то "скептик", "анархист", "нигилист" или "антиглобалист", в нем все еще живет варвар, в нем живет зерно веры, которое в благополучной среде общинности сможет вновь порождать добрые плоды.
        Здесь налицо очевидный факт, что единая вера может воплощаться в разных религиях и идеологиях, выражающихся, в свою очередь, во множестве обычаев, обусловливающих традиции у разных народов, пользующихся различными языками и различными формами мировоззрения для формирования разнообразных форм общественного бытия и многочисленных видов образа жизни. Здесь налицо принцип единства во множестве и множества в единстве, для верного понимания которого необходимо осознание цикличности времени.
        Модернистская парадигма поступательного прогрессивного развивающегося времени (линейного, спирального, скачкообразного) исходит из той предпосылки, что будущее не только следует после прошлого, но и является всегда новым, другим, всегда более сложным, то есть - новым качеством, несущим в себе все старое, плюс еще и все новое, которое привнесла с собой новая ситуация, возникшая на очередном шагу. В этом смысле новое всегда "обогащает", по сравнению с предшествующим ему настоящим.
        Традиционная парадигма цикличного времени исходит из предпосылки, что чередование идентичных повторов или повтор идентичных циклов обеспечивает неизменность, статичность, равновесие, то есть - метафизическое единство физического множества всех разнообразных форм жизни.
        Очевидно, что, "выбрасывая" Традицию на свалку Истории, цивилизованный человек, по существу, "выбрасывает" из своего мировоззрения метафизику и Вечность, и становится заложником физики и Времени.
        Прогрессивное время имеет механический характер, выражающийся числом мерно чередующихся, равновеликих единиц времени. Этот тип времени у эллинов обозначался как "chronos". Цикличное время имеет органичный характер, выражающийся чередованием качественно завершенных циклов жизни. Этот тип времени обозначался эллинами как "kairos". В первом случае, мы имеем дело с искусственной мерой времени. Механические часы, отмеряющие секунды и минуты - это chronos. Солнце и луна, отмеряющие день и ночь, весну, лето, осень и зиму, поколение "отцов" и поколение "детей", время сева и время сбора урожая, наконец, время войны и время мира - это kairos. Однако, даже проводя различие между количественным характером chronos и качественным характером kairos, эллины не сумели сохранить циклическую природу времени, поскольку такое время хранится лишь в общине, живущей в естественном состоянии, в гармонии с природой. Создавая город и изобретая городской образ жизни, воплощенный в демократических формулах: "один гражданин - один голос", "большинство превыше всего", эллины создали искусственную среду, в которой, как в инкубаторе, стали развиваться "вирусы" Подлости, в пассивной форме имеющиеся в каждом индивиде, но переходящие из пассивного в активное состояние только в индивидах, отчужденных от общины. Отчуждаясь от своей общины, индивиды строят большие города, создают коллективы и для защиты внешней подлости других городов воздвигают вокруг своего образа жизни высокие стены, железные занавесы и вавилонские башни, нью-йоркские небоскребы. В отличие от общины, город отмеряет время не "от молитвы до молитвы" и "от восхода до заката", а от зрелища до зрелища, от "здесь" до "сейчас". В городе, среди индивидов, горожан, граждан, нет места для качественного цикличного kairos, а есть лишь место для индифферентного, прогрессивного chronos.
        Для наглядности, чтобы моя концепция цикличности была более понятна, приведем модель бесконечной прямой, связывающей два пункта "А" (Начало) и "Я" (Конец), разделенной на равные отрезки, каждый из которых составлен из строго определенного количества последовательных точек. Какой бы отрезок мы ни взяли, он будет идентичен любому из предыдущих и любому из последующих. В какой бы точке мы ни отклонились от этой прямой, тем самым, образуя на ней точки бифуркации "Б", "В", "Г" и пр., дающие начало кривым "Б"-"Бn", "В"-"Вn", "Г"-"Гn" и пр., мы не найдем на этих новых кривых ни одного отрезка, идентичного по своему вектору каким-либо отрезкам на прямой "А"-"Я". Следовательно, если продлить любой отрезок на любой из кривых до его логического завершения в точках "Бn", "Вn" или "Гn", мы никогда не дойдем ни до точки "А", ни до точки "Я".
        Функция Традиционализма - довести варваров, составляющих человеческий род, кратчайшим, то есть - прямым, путем из Вечности в Вечность, от состояния Рая у Начала Времени ("А"), через естественное состояние на прямой "А"-"Я", до состояния Рая у Конца Времени ("Я").
        Функция Модернизма - поскорее довести человеческий род от состояния хаоса и неопределенности в любой точке бифуркации Б, В, Г до состояния полного контроля над хаосом и определения векторности той из конкретных кривых, на которую вступила данная группа людей, отчужденных от своих ближних на прямой и создавших себе данную культуру и цивилизацию как "протезы" или "искусственные органы", необходимые для выживания и самосохранения на кривой, то есть - в непрерывно меняющихся условиях. После "ампутации" Традиции, в процессе движения "вперед" по своей кривой, этой "потерявшейся" группе, образующей сначала город, потом государство, потом "мировую цивилизацию", конечно не обойтись без культурно-цивилизационных "протезов" и "искусственных органов". Беда в том, что свое патологическое состояние "на кривой", как правило, такая группа считает нормой не только для всех других групп, движущихся по своим кривым, но и для тех, кто, сохраняя здоровье, остались на прямой и упорно отказывается от изменения своего курса с "Я" на какое-либо "Бn", "Вn" или "Гn", то есть - от замены своих естественных органов искусственными.
        Функция Культуры - назвать каждую новообразованную, "оригинальную", "неповторимую", не имеющую аналогов, кривую, начинающуюся в какой-то точке бифуркации "Б", "В" или "Г", соответствующим ей именем. Если Культура назовет эту кривую "заблуждением" или "отчуждением", мы услышим здесь эхо Традиции. Если она назовет ее "рекой, в которую нельзя вступить дважды" или "прогрессом", мы услышим предвестие Цивилизации.
        Функция Цивилизации - ускорить и обезопасить перемещение заблудшего "отчужденного" человека из одной точки в другую, всегда - вперед, по какой бы из кривых и в каком бы направлении он ни двигался, будь то "Бn" , "Вn" или "Гn", и т.д.
       Чтобы всегда оставаться на прямой "А-Я", для варвара достаточным основанием является приоритет духовного начала в человеке (дух и вера, воплощенные в религию) над его разумом (мышление и язык, воплощенные в имена вещей), а разума - над волей (плоть и инстинкты, воплощенные в вещах). Когда человек теряет связь со своим духовным началом, с упомянутым выше таинственным "третьим нечто", его разум превращается в бездуховное сознание, в котором происходит дезинтеграция всех первичных имен вещей, в результате чего остается лишь информация, лишенная духовного, нравственного заряда. В свою очередь, эта информация дробится на "пустые слова" (сырье Культуры) и "механические числа" (сырье Цивилизации). В конечном итоге, Культура становится бесполезной, так как Цивилизации, для выполнения ее функции, не нужны никакие "эха Традиции", и единственный для Культуры способ продлить свое существование на кривой - это отсрочить момент замены "пустых слов" на "механические числа" во всех новейших технологиях производства знаковых систем, создаваемых механическим электронным мозгом Цивилизации.
        Словом, чтобы выжить, Культура должна тормозить цивилизацию, но, делая это, она ускоряет свою гибель, так как, достигая определенной скорости, Цивилизация не может идти на столкновение с воздвигаемыми Культурой преградами на пути прогресса. Если Культура "отстает от Цивилизации" и занимается "вредительством", и если, при этом, ее невозможно "купить", то надо ее "уничтожить". В начале 1920-х годов Ленин настаивал на том, чтобы "привлечь всех до последнего (ибо их у нас невероятно мало) буржуазных, т.е. воспитывавшихся в буржуазной обстановке и усвоивших плоды буржуазной культуры, специалистов", а в начале 1930-х Сталин отдал приказ расстрелять их именно из-за их "отставания от практики" и "вредительства". Но это не означает, что Ленин был "хороший", а Сталин - "плохой"; это означает лишь то, что в течение 10-лет произошло ускорение цивилизационного процесса в СССР.
        Если на физической карте мира Горы, Сушу и Море мы выделим как три автономные, но, при этом, системно связанные части Света, а, затем, для разных эпох - доаграрной, аграрной, индустриальной и постиндустриальной - составим соответствующие карты распространения на земле Традиционализма, Модернизма и их составляющих, то мы увидим, что Горы, Суша и Море переходят от Варварства к Культуре и от Культуры к Цивилизации с разной скоростью и в разные периоды. Сегодня все атлантическо-тихоокеанское пространство Земли составляет ценностное поле Цивилизации, значительная часть пространства Евразии составляет ценностное поле Культуры, а великий горный хребет Кавказ-Памир-Тибет составляет ценностное поле Варварства.
        Насилие, постоянно присутствующее в истории взаимоотношений цивилизации Моря и культуры Суши - плод внутренних противоречий Модернизма, в котором Культура, сохраняющая память о своих началах на "прямой", оказывается тормозом по отношению к Цивилизации, стремящейся ускорить и обезопасить движение вперед по "кривой".
        "Cерая" Культура Суши, под влиянием более динамичной и соблазнительной "черной" Цивилизации Моря, часто принимает на себя чуждую ей "цивилизаторскую миссию" по отношению к "белому" Варварству Гор, и насилие, возникающее на стыке между ними - плод внутренних противоречий Модернизма. В самом же варварстве, свободном от каких-либо примесей "черного" цвета, внутренний террор так же немыслим, как он немыслим и между родственниками в "белой" традиционной патриархальной семье.
        Резюмируя, надо сказать, что насилие, террор, терроризм - при всех физических разновидностях этого явления, обусловленных различными пространственно-временными координатами той или иной группы отчужденных людей, заблудших на той или иной "кривой" - это всегда порождения Модернизма, приобретающего скорость, силу и значимость по мере падения человека от варварского образа жизни через культуру - к цивилизации. Сила терроризма, тем самым, прямо пропорциональна силе прогресса в Культуре и Цивилизации. Терроризм возникает всегда и везде, где политика и демократия сталкивают между собой людей в "войне всех против всех" за капитал, информацию и власть. Терроризм - неотъемлемый фактор существования на "кривой" и немыслимый в жизни на "прямой".
        Итак, несложно просчитать то, что завтра, во имя своих "черных" ценностей сделает Цивилизация. Более проблематичным представляется предсказать поведение "серой" Культуры, которая все еще не может для себя решить, относиться ли к вспышке террора 11-го сентября 2001 года как к факту, чреватому выгодой, или воспринимать его как знак, взывающий к нравственности, как однозначное повелению сделать выбор между "черным" и "белым".

Что произойдет?

        Из Вашингтона поступит приказ. Однако задача, стоящая сегодня перед американским флотом и американскими военно-воздушными силами, значительно масштабнее, чем ранее. Не просто уничтожить того или иного Саддама, Милошевича или Бен Ладена, а - поставить на колени всех арабов, персов, корейцев, русских, китайцев и индийцев, то есть всех, кто не привык безоговорочно выполнять приказы Белого Дома. Учитывая глобальный масштаб этой задачи, очевидно, что для ее осуществления придется более цивилизованные средства задействовать, чем автоматы, лук или рогатки. Поэтому завтра на месте Багдада мы обнаружим одну большую "черную дыру", возникшую в результате ядерного взрыва. По всей территории Ирака мы увидим море огня и крови. А рядом, в Иране и "чуть" дальше, в Северной Корее, мы увидим беспрецедентную суматоху.
        Если в 1945 году, ради спасения жизни тысяч американских солдат, Вашингтон не сомневался в своем праве сбросить атомные бомбы на Хиросиму и Нагасаки, уничтожив в одночасье сотни тысяч жизней мирных, хоть и желтокожих и далеких от почитания иудео-христианских ценностей Запада, граждан Японии, то разве можно сомневаться в том, какое оружие будет применено Белым Домом сегодня или завтра в Багдаде ради спасения жизни своих морских пехотинцев, застрявших в очередной "буре в пустыне"? В чем, с точки зрения мировой цивилизации, темнокожие, и презирающие иудео-христианский Запад мирные граждане Ирака лучше мирных японцев? Зачем Белому Дому терять лишние средства и нерационально "расходовать" жизни своих солдат, отправляя их в бой с обычным оружием в руках, если американский арсенал переполнен невостребованными и еще не испытанными на поле боя видами ядерного оружия, как раз задуманного не для "стратегического устрашения", а для "точечного уничтожения" врага? Чтобы это оружие было эффективно задействовано - необходим лишь приказ. И не обязательно - президента США. Сегодня, после того как Вашингтон только что вновь "модернизировал" свою ядерную доктрину, достаточно приказа главнокомандующего данным участком фронта.
        А сколько ядерных бомб нужно сбросить на Багдад, чтобы иракцы сдались без боя и признали своим президентом того из арабских "нефтяных баронов", который, по договоренности с Вашингтоном, в качестве "миротворца" будет "делегирован" в Ирак американскими "союзниками" иди вернее, арабскими "вассалами" США на Ближнем Востоке - Кувейтом, Катаром, Оманом, Бахрейном, Дубаем, Иорданией, Египтом и Саудовской Аравией? А что в такой ситуации сделают Иран, Россия, Китай или Индия? Объявят экономическую блокаду США? Введут запрет для своих банков на использование американских долларов? Откажутся от кока-колы, гамбургеров, макдональдсов, "ножек Буша" или голливудских зрелищ на госканалах своего телевидения? А может - начнут бомбить Нью-Йорк или Вашингтон как акт возмездия за очередные нарушения международных конвенций и международного права?
        Итак, послезавтра новый, "демократически избранный" президент Ирака будет принят в ООН с бурными аплодисментами представителей всех стран, составляющих "мировую цивилизацию". По его "просьбе" Совет Безопасности рассмотрит и единогласно утвердит резолюцию о присоединении Южной, арабской части Ирака, где, кстати, находятся главные нефтяные месторождения, к Кувейту, а Северной, курдской его части - к населенной курдами юго-восточной Турции. Дешевая нефть из Персидского залива вновь поступит на жаждущие дешевых энергоносителей рынки Америки, Европы и Японии. Кто тогда, за исключением, конечно, "кучки" оторванных от жизни интеллектуалов в Париже, Франкфурте, Кембридже и Йеле, скажет, что факт применения "логики оружия" против Багдада, устроения арабам "новой Хиросимы", был "геноцидом", "преступлением против человечества", "проявлением американского империализма"?
        А может быть, хотя бы по соседству, тот или иной телеведущий в Тегеране, или тот или иной шиитский аятолла, "новый Хомейни", назовет вещи своими именами и осудит геноцид в Багдаде, как очередной знак "Большого Сатаны"? Конечно, вряд ли такой "смельчак" найдется, если учесть, что, согласно Конституции Исламской Республики Иран, главу государства избирает народ, из которого сегодня 65% - это молодежь в возрасте до 20 лет, одетая в джинсы и "адидасы", просиживающая целыми днями в Интернет-клубах с учебником английского языка в одной руке, и мобильным телефоном - в другой. Эти юноши знают больше о сегодняшних "звездах" британского футбола или американского кино, чем о героях Исламской революции двадцатилетней давности, не говоря уже о 12 праведных имамах, управлявших Персией свыше тысячи лет назад. Навряд ли они захотят быть моджахедами, "мучениками за веру", в войне с Америкой, обреченными на гибель в очередной "Хиросиме", но на сей раз - в Тегеране.
        Понимая все это, "новый Аятолла Хомейни", когда Вашингтон примет решение оказать помощь иранским курдам в объединении всех курдских земель в рамках Турецко-Курдской Федерации со столицей в Анкаре, и когда окажется, что все курдское большинство западных провинций Ирана просит ООН выступить организатором в Иране "демократического референдума" по этому вопросу, не только не будет этому препятствовать, но, во имя "меньшего зла", то есть - "общего блага" Исламской Республики Иран, окажет полное содействие "демократическому процессу" на Ближнем Востоке. Следовательно, когда в Совет Безопасности ООН или напрямую - в Вашингтон, от имени почти половины граждан Ирана, этнических азербайджанцев, поступит просьба о содействии воссоединению исторического Южного Азербайджана (северо-западных провинций современного Ирана), и Северного Азербайджана (постсоветской Азербайджанской Республики), "новый Аятолла Хомейни" и здесь проявит полное понимание закономерности этой просьбы и несомненно поможет в восстановлении целостности Азербайджана, и тем самым - "исторической справедливости". Доводя этот вопрос до логического завершения, нет сомнений, что возникшая таким образом новая Исламско-Демократическая Республика Иран не будет возражать против предоставления своим гражданам зороастрийского и армянского вероисповедания равных прав и равного представительства в своем парламенте и правительстве. Очевидно, что "цивилизованного", "демократического", "правового" решения дождется и вопрос о возмещении ущерба, нанесенного предыдущим исламским режимом британско-американской, или - вернее, англо-техасской, нефтяной компании "Бритиш Петролеум-Амоко". Эта крупнейшая в мире нефтяная компания, имеющая свои штаб-квартиры в Лондоне и Хьюстоне, по контракту, заключенному еще сто лет назад с правящей в Иране династией Каджаров и остававшемся действительным при династии Пахлави, по международному праву является законным владельцем основных нефтяных месторождений страны, в которой, на протяжении 20 века, она инвестировала миллиарды долларов в строительство скважин, трубопроводов, нефтеперерабатывающих заводов и нефтяных терминалов в Персидском заливе. Исходя из всего этого, "демократически избранный" "новый Аятолла Хомейни" и в этом случае проявит уважение к международному праву и признает национализацию активов этой нефтяной компании предыдущим режимом незаконным нарушением контракта, в результате чего легитимным англо-техасским интересам был нанесен ущерб в сотни миллиардов долларов, который незамедлительно должен быть компенсирован, а сам контракт - восстановлен.
        После этого, Северная Корея добровольно присоединится к Южной, Куба откроет свои границы для репатриации миллионов кубинцев из США, Индия и Пакистан ликвидируют свое ядерное оружие, а все палестинцы "добровольно" и с "большим энтузиазмом" переселятся в "братскую" Иорданию, раз и навсегда уходя и из Израиля, и с территорий, оккупированных Израилем, а все арабские государства официально признают Государство Израиль и откроют свои границы для свободного передвижения израильских товаров, услуг, капитала и информации.
        Завершающей фазой этого "мирного процесса", запущенного ядерным, почти никем не оспариваемым ударом по Багдаду, будет допуск Демократической Российской Федерации и Китайской Демократической Республики к членству во Всемирной Торговой Организации и списание всех российских и китайских долгов, накопившихся за годы правления коммунистов в Москве и Пекине, с балансов МВФ, а также с балансов центральных банков Запада, объединенных в Парижском клубе и с балансов ведущих коммерческих банков запада, объединенных в Лондонском клубе. Последним штрихом в этой геостратегической схеме будет выработка, при содействии США, "взаимовыгодного" для России и Японии японско-российского Договора о мире и сотрудничестве, а также "добровольное" присоединение Тайваня к Китаю. Тогда "холодная война" действительно завершится, а Новый Мировой Порядок станет не только "американской мечтой", а фактом Всеобщей Новейшей Истории.
       Конечно, ценой за "всеобщий мир" в рамках "всемирного государства", о котором еще 225 лет назад мечтал Иммануил Кант, будет окончательное исчезновение с мировой сцены религии и политики, Традиции и Истории, способности различать Добро и Зло. Вместе с этим исчезнут и народы, и национальные государства, и человек как таковой. Наступит время бесконечной Повседневности, обитаемой не людьми, а биороботами. В ускоренном порядке будут исчерпаны природные ресурсы и экологическая катастрофа из великих городов проникнет до последней деревушки в далекой глубинке. Миллиарды "бывших людей" останутся без работы. А кому нужны ни к чему не пригодные безработные биороботы, кто их будет содержать и зачем?
        Конечно, мировая цивилизация будет с ними обращаться не по варварским, а по своим законам. Так как цивилизованный человек не допускает выстрела без приказа, так и не допускает приказа без соответствующего расчета "за" и "против". Следовательно в этом случае будет проведен тщательный расчет коэффициента полезного действия. Когда этот расчет "черным" по "белому" покажет, что содержание безработных биороботов стоит дороже, чем их уничтожение, тогда поступит соответствующий приказ, и они будут уничтожены. Так же, как были уничтожены их предшественники в Хиросиме, Нагасаки, Багдаде. С помощью самых совершенных средств массового поражения, находящихся в распоряжении научно-технической цивилизации. То есть самым цивилизованным образом.

Почему это произойдет?

        Этот мрачный сценарий кому-то может показаться проявлением предвзятости, антиамериканизма, ненависти к Западной цивилизации, типичной для "исламских фанатиков", одним словом, - варварства. Варвар - это безоговорочно верующий в абсолютный императив поклонения человека Единому Богу, и в этом смысле, я - варвар, фанатик Ислама, Христианства, Иудаизма, всех религий Писания. Но в изложенном мною выше "сценарии" нет ни предвзятости, ни антиамериканизма, а есть только хладнокровный анализ природы современной цивилизации, движимой алчностью и честолюбием, следующей технократическим правилам игры, основанным на "логике оружия". Сущность этой цивилизации - в глобализации капитала, информации и власти, в безоговорочном поклонении "золотому тельцу".
        Конечно, читатель имеет право потребовать от меня доказательств, что все это действительно так и иначе быть не может. Что ядерный удар США по Багдаду - не один из запасных "черных сценариев", разрабатываемых "на всякий случай" аналитиками ЦРУ по заказу крайне правых политиков США и Израиля, озабоченных "легитимной" борьбой с "международным терроризмом", "защитой" человечества от "глобального зла". Чтобы ответить на эти вопросы, надо в первую очередь переосмыслить генезис того, что произошло 11 сентября 2001 года.
        С того дня прошло только шесть месяцев, но уже никто не может сомневаться в том, что это - точка отсчета конца одной фазы в судьбах человечества и начало другой. Что изменилось? Еще вчера бомбежки городов и гражданских населенных пунктов воспринимались "мировым сообществом" как геноцид. Зачистки по этническому, расовому или религиозному признаку воспринимались тем же сообществом как преступление против человечества. Захват новых плацдармов под развертывание новых военных баз на территориях, за которые со времен начала колониальной экспансии Запада на Восток идет "Большая Игра", воспринимался как геополитический авантюризм, угрожающий мировому порядку, сложившемуся после Второй Мировой Войны. Наконец, попытки "банкиров" (МВФ) и "купцов" (ВТО) в Новом Свете и их "клиентов" и "контрагентов" в Старом Свете, ускорить, совместными силами, во имя рационализации и модернизации глобальной экономики, процесс глобализации капитала, информации и власти, воспринимались как модернистская угроза всему человеческому. Но все это уже в прошлом. Если в 1989 году к концу пришла История, то в 2001 году к концу пришла демократия в Америке и, вместе с ней, политика в мире.
        Раскрывая карты 11-го сентября 2001 года, Вашингтон прямо сказал всему миру: вопрос сегодня стоит однозначно - "кто кого". В этой новейшей мировой войне "глобальная чернь" бросила вызов "глобальной элите", "варварство" нанесло удар по "цивилизации". Время всех региональных "больших игр" и локальных "маленьких победоносных войн" окончательно завершилось. Пробил час последнего "крестового похода". Глобализация против исламизации. Цивилизация против варварства. Северо-Запад против Юго-Востока. Богатые против бедных. "Кто не с нами, тот против нас".
        Как это произошло и к чему это ведет? Кто, с кем и за что, на самом деле, воюет? Эти и другие взаимосвязанные вопросы предлагаю рассмотреть не столько в хронологическом порядке, сколько согласно их значимости.
        Во-первых, новый общий враг всего цивилизованного мира, в отличие от очевидного для всех "старого" врага в лице Советского Союза - враг невидимый, но - вездесущий. Никого уже не удивит, если завтра неопознанные "террористы" нанесут удары по Эйфелевой башне в Париже, по Рейхстагу в Берлине или по Кремлю - в Москве.
        Во-вторых, как уже заявил президент США, война против этого "глобального врага" будет иметь глобальный и длительный, на самом деле - бесконечный, характер. Никого уже не удивит, если результатом уничтожения одних террористов станут акты "тотального возмездия", внезапно совершенные их товарищами или наследниками, в ответ на которые Белому Дому, или, вернее, управленческому центру Нового Мирового Порядка, придется наносить по "гнездам зла" не менее тотальные ядерные удары.
        В-третьих, необходимость повышения эффективности в борьбе с глобальным врагом такого типа - удобное оправдание для консолидации всех граждан в поддержке процесса конвертации беспомощной левой демократии в боеспособный правый тоталитаризм, позволяющий центральной власти эффективно применять "логику оружия", воплощенную в армию (Пентагон, НАТО и проч.), спецслужбы (ЦРУ, Моссад и проч.) и полицию (Интерпол, Европол и проч.), с единым центром управления уже не в Белом Доме, который является прекрасной "мишенью" для врага, а в "невидимой" для него запасной штаб-квартире, еще со времен "холодной войны" заготовленной для таких ситуаций, где-то под землей, в пустынных или горных районах США.
        В-четвертых, очевидно, что, действуя из такой скрытой, недоступной не только для врага, но и для "своих" СМИ, штаб-квартиры, исполнительная власть будет "свободна" от связывающих ей руки и "опасных" для мирового правопорядка "пережитков" демократии. В прошлом, власть непрестанно теряла свою эффективность, отвлекаясь на выборы, предвыборную гонку в борьбе за голоса избирателей, на пиаровские кампании в борьбе за повышение рейтингов популярности после выборов, идя на вынужденные компромиссы с оппозицией в парламенте и терпеливо мирясь со всеми прочими "пустяками", которые мешали "специалистам" на всех уровнях в их работе, основанной на последовательности действий и технократических знаниях, а не на "пустословии" в отношениях с прессой и избирателями, не сведущими в механике современных финансов, торговли, капитала, информации, власти.
        В-пятых, тотальная, бесконечная война, позволяющая в каждой битве одерживать победу - лучший "генератор" непрерывного развития и наращивания военной мощи США, необходимой для сдерживания колеблющихся союзников и вассалов от всегда возможных "союзов" с варварами.
        В-шестых, неоспоримая военная мощь - в свою очередь, лучший гарант стабильности и "нерушимости" американского доллара, на котором стоит вся денежно-товарная пирамида постиндустриальной экономики, воплощенная в финансовую пирамиду Всемирного Банка и его структурных подразделений (МВФ, МФК, Парижский и Лондонский клубы и проч.) и торговую пирамиду Всемирной Торговой Организации (ВСТН и вся система международного права, гарантирующая свободу передвижения товаров, услуг, информации, капитала и труда).
        Резюмируя все вышесказанное, надо понимать, что глобальная технократическая цивилизация, подобно ее фундаменту, США (первого в истории человечества "предпринимательского государства"), держится на материальных ценностях, необходимых для удовлетворения алчности "купцов", "банкиров" и всех работающих на них "специалистов" - политиков, юристов, журналистов, ученых, инженеров, техников и прочих "биороботов". По своей природе технократическая цивилизация нуждается в постоянном ускорении ликвидности активов и увеличении объемов капитала. Владельцы капитала, в свою очередь, нуждаются в избытке материальных ценностей, предметов роскоши и символов статуса элитарности, необходимых для удовлетворения честолюбия защищающих их интересы чиновников всех уровней, генералов, офицеров, солдат, агентов спецслужб и полицейских.
        Очевидно, что в существовании и развертывании такой цивилизации любые преграды, возникающие на ее пути как угроза ее ценностям или ее защитным механизмам - это настоящие, а не просто выдуманные "правой" пропагандой угрозы, как представляется многим антиглобалистам и их постмодернистским наставникам. Если учесть, что постоянное увеличение динамики экономического роста и скорости конвертирования одних активов в другие имеют жизненно важное значение для обеспечения стабильности американского доллара, а, тем самым, и для стабильности Нового Мирового Порядка, Америка не просто будет любой ценой защищать свою валюту, она просто обязана это делать. По сути, защита доллара США тождественна защите общего блага мирового сообщества, стержня всей системы мировой цивилизации. И в этом заключении нет ни риторики, ни пропаганды, ни излишней иронии. А есть жесткая причинно-следственная связь между "логикой оружия" и "логикой капитала".
        Так же, как нет дыма без огня, так нет рациональной экономики без военной мощи, нет военной мощи без войны, нет войны без приказа, нет приказа без расчета коэффициента полезного действия. А этот расчет уже сделан цивилизацией, и из него однозначно следует, что США и их англосаксонские союзники и Израиль не могут позволить себе рисковать "заговором" между православным Севером и мусульманским Югом, между Европой и Евразией, между Евразией и Азией, и поэтому из Вашингтона поступит летчикам приказ сбросить атомную бомбу на Багдад. Финансовая пирамида будет спасена. Общее благо мировой цивилизации будет защищено.

Как это предотвратить?

        Итак, что делать в условиях надвигающейся глобальной катастрофы людям, верующим в Единого Бога, отрицающим пагубные соблазны цивилизации, стремящимся жить в согласии с природой и естественными законами нашего Творца, людям, которые видят в своих соседях не конкурентов или врагов, а ближних, и понимают, что ни повседневная, ни постмодернистская мудрость не способны защитить их от вездесущих "микробов" Модернизма? Несомненно, в первую очередь, они должны понять, что терроризм, откуда бы он ни исходил - из кругов ли демократической власти, добивающихся у своего народа чрезвычайных полномочий, скажем, по Принципу Рейхстага, или - из кругов демократической оппозиции, добивающихся власти по Принципу Гильотины, или, может, из кругов антидемократической оппозиции, добивающейся власти согласно принципам фашизма, коммунизма, сионизма или исламизма - это порождение демократии, порожденной, в свою очередь, политикой как таковой. Терроризм любого цвета - "красный", "коричневый", "зеленый" - есть всегда насилие, предпринимаемое во имя борьбы за власть, в то время как вся власть принадлежит Единому Богу, и только Он велит, кому ее доверить. Открывая нам через всех своих пророков, извечную истину, создавая нас общинами и устанавливая с нашими "первыми отцами" заветы, наш Творец установил на земле гармонию. Охраняя и поддерживая ее, повторяя в нашей повседневной жизни архетипы нравственного поведения, определяющие традиционный образ жизни, мы творим справедливость, идем по пути прямому рабов Единого Бога. Нарушая эту гармонию, следуя за страстями, изобретая инновации, несовместимые с естественным образом жизни наших "первых отцов", мы отклоняемся от пути прямого Традиции, начинаем блуждать по бесконечному числу кривых Истории и, в конечном счете, чтобы выжить во тьме политической "борьбы всех со всеми", начинаем поклоняться идолам Повседневности, принося им в жертву все человеческое в человеке.
        Чтобы метафизический по сути вопрос "что делать?" перевести на язык Повседневности, очищенной от искажений цивилизации, политики, демократии и терроризма, предлагаю сосредоточить наше внимание на более конкретном вопросе: "Что делать Ираку сегодня, чтобы спастись от неминуемого ядерного удара?". Лишь отвечая на этот вопрос, мы сможем помочь спастись и Ирану, и Северной Корее, и всему человечеству.
        Но если мы знаем, что мировая цивилизация готовится нанести удары по "линии фронта", то есть по глобальной "оси зла", как снизу, с моря (авианосцы), так и сверху, с воздуха (воздушные судна) и задействовать ради победы всю свою военную, политическую и экономическую мощь, то не поздно ли думать хоть о каких-то спасительных контрмерах? И кто сегодня еще посмеет помышлять о сопротивлении?
        Ключ к ответу на этот судьбоносный для всего человечества вопрос находится в руках Кремля или, точнее, в руках русской, подчеркиваю, не российской, а именно русской элиты власти. В многонациональном российском обществе никто, в здравом уме, не оспаривает особую, государствообразующую роль русского народа в истории России. Осознание этой роли как самими русскими, так и их соседями, с учетом повышенной ответственности этого народа за формирование особого ценностного пространства Евразии, возлагает на Кремль судьбоносную миссию переоценки всех современных постсоветских ценностей в традиционном ключе, приведение их в порядок с сугубо русскими началами допетровской России, то есть Святой Руси и поэтапную деконструкцию модернистского российского государства ради возрождения традиционной империи эволюционным образом, перерастающей в сообщество народов. Для осуществления этой задачи, "кремлевской элите" необходимо четко осознать не только физические, но, прежде всего, метафизические особенности специфики "ценностного пространства Евразии".
        Что же касается физической карты Евразии, то налицо здесь Горы в ее центральном кругу, Суша - в серединном кругу и Море - в периферийном кругу. Нанеся на эту физическую карту Евразии данные, почерпнутые из Откровения, то есть создав метафизическую карту Евразии, Кремль увидит, что Горы - это ценностный стержень Евразии, ее аксиологическая axis mundi - метафизическая ось мира, обеспечивающая привязанность человеческого рода к абсолютным ценностям религии Единобожия, воплощенном в "Вечном Завете" Единого Бога с пророком Ноем (мир ему), и общиной наших "первых отцов", первых поколений человечества после Потопа. Функция Гор как таковых - хранить Сушу от разрушающих ее колебаний, быть опорой для нее, обеспечивая ее стабильность в постоянных столкновениях с чуждой ей по природе стихией Моря. Верно толкуя метафизическую карту Евразии и перенося принципы ее составления на метафизическую карту мира, мы увидим, что Горы - это воплощение статики. Их противоположность Море - это воплощение динамики. Находящаяся между ними Суша - это срединная земля между полюсами динамики и статики, воплощение неопределенности, стабильности по мере приближения к Горам, нестабильности по мере приближения к Морю.
        Чем сухопутная деревня ближе к прибрежному порту, тем сильнее ее образ жизни отражает ценностную иерархию цивилизации Моря.
        Чем она ближе к горной общине, тем сильнее ее образ жизни отражает ценностную иерархию варварства Гор.
        Упомянутая в начале этой статьи повседневная мудрость, выражающаяся высказываниями "невозможно дважды войти в одну и ту же реку", "все течет, все меняется", на самом деле - свидетельство того, насколько далеко обитающий на Суше "мужик", всадник, отдалился от Гор и, разорвав свои духовные связи с "горцем", человеком с посохом, стал ориентироваться на "моряка", разбойника моря.
        Ориентируясь на западную цивилизацию, воплощенную в Новом Свете, мужик в Старом Свете начал строить у устья больших континентальных рек великие портовые города, морские базы, необходимые для завоевания новых заморских земель, новых колоний, новых рынков, для завоза вглубь суши нового награбленного заморского добра.
        Ориентируясь только на Бога и Божий закон, воплощенный в Первозданный Свет варвара, горцы хранят архетип первозданной кровнородственной общины "первых отцов". Ориентируясь на их образ жизни, жители сухопутных деревень и городов сумеют воссоздать верную ценностную иерархию, на которой абсолютные духовные ценности преобладают над относительными материальными ценностями. Воссоздав, таким образом, естественный союз Гор и Суши, жители континентальных городов и деревень вновь смогут различать Добро и Зло и восстановят ценностную стабильность своего пространства, необходимую статику в образе жизни, характерную для общинности. Сталкиваясь с сухопутной культурой, вооружившиеся однозначным и положительным пониманием горного варварства, при всей своей непрестанной динамике и гибкости "Анаконды", морская цивилизация окажется беспомощной.
        Без доступа к порту у устья великой реки, технократическая цивилизация не сможет укрепиться на побережье и создать свои континентальные плацдармы, а без этого она не сможет и использовать реки для того, чтобы сквозь все пространство культуры, от города к деревне и далее - от глубинки к предгорью, проникнуть к началам, к горным общинам варваров, к истокам религии, не искаженным ни экономикой, ни политикой.
        Увидев несостоятельность набегов разбойников моря, мужик и горожанин вновь вооружатся мудростью варвара, согласно которой поток времени, так же, как и речной поток, отражает не линейную необратимость прогресса цивилизации, а цикличную повторяемость ритмов жизни. Время вытекает из Вечности и уходит в Вечность. Вода, вытекающая из горных источников, сохраняет свой химический состав во всех физических состояниях: Н2О - будь то жидкость, лед или газообразное состояние, не изменяет свою природу и "метафизическую структуру", всегда остается животворной силой.
        Вступая в "реку" у ее истоков или - у устья, "встречаясь" с ней в чреве матери или в недрах земли - в колодце, в воздушной среде - дожде или семи видимых и двух невидимых цветах радуги, или же - в каждой капле, пропитывающей клетки нашего организма, восстанавливающей его жизненные функции, разве, во всех этих "фактах", мы не имеем дело с одной и той же "рекой"? Входя в Терек дважды, у его истоков и - у устья, один раз - сегодня, второй раз - завтра, один раз - в экологически чистый, второй раз - в загрязненный, разве я не вступаю дважды в одну и ту же реку? "Одну", несмотря на все чуждые ее природе примеси. Осознавая, что контекстом Пространства является Время, контекстом Времени - Вечность, а контекстом Вечности - Откровение, мы поймем, что перед Богом человек как метафизическая (а не только физическая!) личность остается все тем же, с рождения до смерти, с момента сотворения его души в Вечности до момента ее возврата в Вечность. Все чередующиеся одним за другим поколения "отцов" и "детей" - это повторы одного и того же цикла жизни. Пока в человеческой плоти течет кровь, а в ней - теплится жизнь, вчерашний грех можно "стереть" сегодняшним покаянием и завтрашним возвратом к началам праведной жизни. Возвратом с кривых, зигзагов, скачков и случайных точек Истории и Повседневности на путь прямой Традиции, с физического множества в метафизическое единство.
        Одномерные люди Цивилизации, оторвавшиеся от Вечности и от Времени, обитают в изолированных друг от друга повседневных "точках" виртуального Пространства. Их индивидуальная и корпоративная идентичность, привязанная к той или другой базе данных в Интернете, к точным электронным координатам того или другого "домашнего адреса" в том или другом домене "дотком", определяется полезной, то есть конвертируемой в доллары США, информацией. Сверхликвидная природа носителей их идентичности предопределяет сверхдинамичный и постоянно меняющийся характер их мировоззрения и их мира. Поэтому знаковые слова, определяющие их идентичность, их мировоззрение, их мир и их образ жизни - это "скорость", "ликвидность", "открытость", "прозрачность", "точность", "полезность", "эффективность", "рациональность". В этом информационном домене просто нет места для "Добра" и "Зла".
        Двухмерные люди Культуры, в полу-варварской деревне или полу-цивилизованном городе, пребывают в состоянии между двумя полюсами: отрицательный полюс страстей притягивает их к порту, Морю, Цивилизации, положительный полюс нравственности зовет их к общине, Горам, Варварству. Сегодня, как и на протяжении всей истории, это напряженное состояние между соблазном Моря и зовом Гор творит не только философию, литературу, музыку, театр, отражающие духовные колебания людей Культуры, но их внутреннюю драму. Сушу, постоянно распятую между войной и миром, преступлением и наказанием, грехом и покаянием, добром и злом, истиной и ложью ожидает, в зависимость от ее выбора, или гибель в водах потопа или спасение в ожидающем ее в Горах Ковчеге. Положительная миссия Культуры заключается в том, чтобы стать преградой, способной защитить человечество от надвигающихся с Моря волн постиндустриального образа жизни и, тем самым, возродить в двухмерных людях суши трехмерного человека Гор - варвара.
        Трехмерное Варварство сегодня - мишень Цивилизации Моря. От поведения Культуры Суши, воплощенной сегодня в Россию, зависит судьба человеческого рода. Или мы возродим все человеческое в человеке, еще раз войдем в "реку" жизни у ее истоков и поймем цикличный характер Времени, неизменную повторяемость всех жизненных циклов, и тогда - будем жить, или - все человеческое в человеке мы принесем в жертву "золотому тельцу" прогресса, неотвратимого падения Цивилизации моря.
        Итак, если "линия фронта" охватывает великий евразийский горный хребет, от Ирака до Северной Корее, от Кавказа через Памир до Тибета, то, очевидно, что геостратегии моря, еще сто лет назад разработанной американскими и британскими геополитиками под кодовым названием стратегия анаконды необходимо противопоставить средства, свойственные для гор и суши, необходимо разработать стратегию человека с посохом. Если при этом верно понимать, что Горы - это аксиологическое пространство варварства, то есть абсолютных ценностей (традиция, религия, натуральное хозяйство), Суша - это аксиологическое пространство культуры, то есть основных ценностей (индустриальная политика национальных государств, промышленная инфраструктура, полезные ископаемые и энергоресурсы), а Море - аксиологическое пространство цивилизации, то есть ликвидных ценностей (постиндустриальная экономика, электронная информация, виртуальные деньги), то станет очевидно, что предопределенная Традицией роль человека с посохом - повести варварство и культуру, все физическое множество горцев, мужиков и горожан к метафизическому единству не к устью Большой реки времени, не в бой за "черные" сверхликвидные гражданские ценности Большого города, а к ее истоку, к точке отсчета на "белой" вершине Святой горы, где наши "первые отцы" заключили "Вечный завет" с Единым Богом.
        Если Россия сумеет повернуть евразийскую Сушу лицом к Горам, прекратить убийственную для обеих сторон войну в Чечне, увидеть Кавказ как центр, точку отсчета евразийской "сердцевины", осознать всех варваров - чеченцев, курдов, тюрков, персов, таджиков, пуштунов, кашмирцев, тибетцев, корейцев, мормонов, эмишей, кельтов, басков, корсиканцев, берберов, палестинцев и пр. - естественными союзниками русских мужиков в столкновении с гражданами глобального открытого общества, то она сможет воздвигнуть нравственную преграду на пути надвигающейся с "моря" пост-индустриальной волны цивилизации. В противном случае, не только Россия, но и весь континент, весь Старый Свет, превратится в область Нового Света, в сырьевой придаток Нового Мирового Порядка, в общую могилу Варварства и Культуры. Для этого, Кремль, Русская Православная церковь, находящаяся на распутье русская культура должны осознать, что Цивилизация - это путь смерти, а Варварство - путь жизни, и что место России, по ее природе и традициям, не в одном ряду с англосаксонскими "разбойниками моря", а в одном ряду со своими мужиками, духовенством и привязанной к ценностям Святой Руси интеллигенцией. Переоценивая ценности с точки зрения естественного союза Гор (варварство) и Суши (культура) для защиты от Моря (цивилизация) и верно выстраивая ценностную иерархию, с точки зрения верховенства духовных ценностей над материальными, русские смогут превратить свою слабость, свою инерцию и неподвижность, свою очевидную цивилизационную "отсталость", в свою силу, в свое решающее преимущество в конфронтации с технологически опережающим их динамичным и движущимся вперед с большой скоростью противником. Англосаксонская технократическая цивилизация Pax Americana в столкновении с боящимся только Бога, русским мужиком, которого невозможно ни купить, ни уничтожить (сколько атомных бомб надо сбросить на России, чтобы истребить все бесконечное множество русских деревень?), будет вынуждена внезапно остановиться. Нажимая все тормоза, учитывая ее прежнюю скорость, она не сможет избежать колебаний, начнется цепная реакция дезинтеграции ее виртуальных структур капитала, информации и власти. Пирамида "воздушных" долларов МВФ рухнет только тогда, когда русский мужик свернет с пути западничества на путь славянофильства - к своим естественным началам, и когда русские элиты власти, вместо того, чтобы стоять в очереди перед дверями ВТО, пойдут за человеком с посохом с миссией в Багдад.
        Однако, чтобы это осуществить, России и ее союзникам, всем западным диссидентом и восточным мужикам, необходимо отказаться от следования модернистской парадигме линейного прогресса (механическое понимание времени как "chronos") и вернуться к традиционалистской парадигме цикличности (органическое понимание времени как "kairos"). Это означает, что им необходимо отказаться не только от ускоренного развития по скачкообразному алгоритму "модернизации и вестернизации", но и от медленного эволюционного развития по гиперболе алгоритма "модернизации без вестернизации". На самом деле, России, как и всему миру, надо отказаться от механического прогресса как такового и начать эволюционный возврат от пост-индустриального образа жизни, сегодня уже захватывающего в свои тиски крупнейшие города России (Москва, С.-Петербург, Нижний Новгород), к индустриальному, от индустриального - к аграрному, от аграрного к натуральному. Другими словами, государство должно повернуться от города к деревне и направить все больше средств и ресурсов на возрождение естественного сельского хозяйства, традиционного деревенского образа жизни, защиту природной среды. В то же время, деревенский коллектив должен повернуться от городского индивидуализма к горной общинности как к образцу, по которому необходимо возрождать земские общины, которые регулируются естественным законом, основанном на "принципе ближнего" и на традиционных ценностях почвы, крови и веры.
        Кровнородственная община, структурированная по принципу семеричности, то есть - восхождения всех людей одной крови в седьмом колене к одному отцу, хранимая горцами как храм Единобожия, своими корнями восходит к завету Всевышнего с пророком Ноем (мир ему). Семь заповедей этого завета, хранимых в талмудической традиции иудеев, в евангелической традиции христиан и в коранической традиции мусульман, символизируемых семью видимыми цветами радуги, установленной Всевышним как знак вечного завета с пророком Ноем (мир ему) и его сподвижниками, составившими общину "первых отцов", к которой восходят все народы Земли, для варваров и мужиков - абсолютный ценностный ориентир на пути жизни.
        Если Россия решится пойти за этим знаком, ей предстоит, в одностороннем порядке, отказаться от "логики оружия", от "Большой Игры" по правилам "банкиров" и "купцов", от жизни по публичному праву - конституционному или международному, создаваемому "политиками" и "чиновниками" и защищаемому "генералами" и "солдатами". Возвращаясь эволюционным путем к естественному закону, к общинности, преодолевающей отчужденность, характерную для индивидуализма и коллективизма, которые доминируют в исторически сложившихся городах и деревнях, Россия сможет возглавить общечеловеческие поиски пути выхода из тупика, в который загнала людей бездуховная цивилизация Моря.
        Чтобы ее новая спасительная роль приобрела доверие в глазах всего человечества, Кремль должен использовать сегодняшний мировой кризис и убедить Саддама Хусейна уничтожить, в одностороннем порядке, все накопленное Ираком оружие и распустить иракскую армию. Несомненно, чтобы решиться на этот шаг, Ираку придется избавиться от всех иллюзий повседневной "мудрости", потушить тот "огонь", который в VIII веке "разожгла" на арабской земле "исламская" цивилизация, построив самый разукрашенный город средневековья - Багдад - и навязав арабским кочевникам и всем их соседям: курдам, персам, берберам, сицилийцам, корсиканцам, испанцам, баскам урбанизированный образ жизни и материальные ценности империи халифов, доминирующей на Западе вплоть до XIII века, когда нашествие тюркско-монгольских варваров из Востока не разрушило ее. Сделав символом величия ислама, вместо духовных ценностей, утопающие в роскоши дворцы халифов и их чиновников, генералов, банкиров, купцов, ремесленников, зодчих и поэтов, навязав Европе, Африке и Азии страх перед мечом Багдада, "исламская" цивилизация отчуждились от Откровения, оторвалась от своих исламских корней - стала Традицию пророков Единого Бога конвертировать в Историю единой и неделимой "исламской" империи халифов, в Повседневность соблазнов ее столицы - Багдада. Модернизм, зародившийся тогда в недрах традиционного арабского родоплеменного общества, стал изнутри разрушать религиозные ценности Корана, воплощенные в этом обществе. Подменив ислам "исламской" цивилизацией и навязав ее, "огнем и мечом" своим соседям, аббасидский Багдад запустил процесс модернизации, который, вместе с "исламской" цивилизацией, стал распространять и на Восток, и на Запад не только новые технологии организации армии и строительства городов, но и внутреннюю пружину этих технологий: научно-технические принципы прогресса. Арифметика, геометрия, астрономия, медицина, философия, юриспруденция, словом, вся наука в "исламской" цивилизации превратилась в служанку техники удовлетворения страстей "исламской" элиты капитала, информации и власти тех времен, то есть халифов и их чиновников. В таком извращенном, продажном виде наука с Востока поступила на Запад и получила свое второе дыхание.
        Если завтра Багдад будет уничтожен атомной бомбой, являющейся высшим достижением современной научно-технической цивилизации, то в этом надо видеть "логику оружия". Кто мечом воюет, от меча гибнет. Кто сеет ветер, тот пожинает "бурю в пустыне". Кто забывает, что только истиной можно творить справедливость, тот проигрывает войну при любом исходе сражения на поле битвы.
        Чтобы довести эти ясные и простые истины до умов элиты власти в Ираке, незамедлительно с миссией в Багдад должен выехать не министр иностранных дел РФ и даже не российский президент, которые сегодня в глазах всего мира воспринимаются как политические, хоть и, возможно, не до конца искренние, союзники США в войне против "международного терроризма", а обладающие харизмой и общественным признанием представители российского духовенства, православной, мусульманской, иудейской и буддийской конфессий, российских "традиционалистов", "евразийцев", националистов, монархистов, анархистов, "зеленых", аграриев, и прочих антиглобалистских кругов, искренне озабоченных судьбой не только России и не только Евразии, но всего человеческого рода. Поэтому участниками этой миссии должны быть, прежде всего, люди, обладающие естественным духовным авторитетом, известные своими нравственными, а не политическими заслугами. Если среди них будут и патриарх России Алексий II, и верховный муфтий Талгат Таджуддин и верховный раввин Бер Лазар, а также такие известные личности, как Александр Солженицын, Илья Глазунов, Никита Михалков, Александр Дугин, Валерия Новодворская, Елена Боннер и другие, то их миссия будет иметь реальный шанс на успех. Более того, всему миру станет очевидно, что этих людей в Ирак к Саддаму Хусейну в качестве российских "послов доброй воли", направил Владимир Путин, но не просто как президент РФ, не как озабоченный своей популярностью политик, а как харизматический лидер евразийских народов, стремящийся к спасению человечества от угрозы ядерной войны, экологической катастрофы и вражды, вызванной отчуждением человека от Бога, от других людей, от природы. Указывая Саддаму Хусейну на бесполезность всего оружия, накопленного в иракских арсеналах, обращая его внимание на судьбоносное для всего человечества значение, которое могло бы сыграть его "превентивное", одностороннее уничтожение всех видов вооружений и роспуск иракской армии, проводимые под наблюдением антиглобалистских "послов доброй воли" со всего мира, Россия смогла бы, посредством этой миссии, стать точкой опоры для переоценки всех ценностей в мире, для начала нравственного возрождения человечества, озабоченного абсурдом всех сегодняшних войн и всего насилия, на куски разрывающего единый организм человеческого рода.
        Успех такой, по сути мессианской, миссии России указал бы на жизнетворную силу мусульманско-христианской культуры, сумевшей остановить иудео-христианскую цивилизацию от совершения ядерного геноцида. Партнерство мусульман и христиан в этом Святом деле создало бы условия для немедленного прекращения российско-чеченской войны, для прекращения абсурдного насилия на Кавказе, в Памире и Тибете, для осознания Ясиром Арафатом и руководством Палестинской автономии, с одной стороны, и традиционных кругов среди иудеев Израиля, с другой, что Иерусалим - это святое место, в котором любая борьба за власть - не просто грех, а кощунство, и что все правоверные, которые по велению судьбы живут в этом святом городе, должны безоговорочно признать суверенитет Единого Бога на всей территории Иерусалима, а вопросы повседневных отношений урегулировать в рамках ханифийского договора, восходящего к "вечному завету" нашего Творца с пророком Ноем (мир ему) и общиной наших "первых отцов".
        Взяв ориентир на радугу, являющуюся знаком этого "вечного завета", Россия, посредством заявления об одностороннем отказе от дальнейшего участия в гонке вооружений, от своих ядерных, химических и биологических арсеналов массового поражения, от финансирования перехода городов на пост-индустриальный образ жизни, а деревень - на индустриальный, от участия в экологически опасных проектах модернизации аграрной инфраструктуры сельского хозяйства, приводящей к бешенству и коров, и людей, наконец, от "долларизации" экономики и "вестернизации" политики, приводящей к бешенству и биороботов и их владельцев, стала бы неоспоримым харизматическим лидером всех антиглобалистских сил в мире. Ее голоса, в первую очередь, послушали бы все "диссиденты" в Западной Европе и США, где осознание "простым народом" губительности и противоестественного характера технократической цивилизации все больше усиливается по мере разочарования искусственными, губительными для здоровья, жизни и нравственности, продуктами хищнического капитала, ложной информации, квази-демократической власти.
        На "бедном" Юго-Востоке эта эволюция образа жизни от модернизма к традиционализму, от безбожных ценностей цивилизации к варварским ценностям религии Единобожия будет протекать сверху вниз, согласно автократическим традициям, характерным для закрытых и полузакрытых обществ Гор и Суши. На "богатом" Северо-Западе та же эволюция будет протекать снизу вверх соответственно демократическим алгоритмам, характерным для открытого общества Моря.
        Таким образом, Кремль сумел бы остановить претворяемый сегодня Белым Домом в жизнь "черный" план разделения людей на богатых и бедных посредством убедительного призыва ко всему "серому" человечеству разделиться на нравственных, стремящихся к "белым" ценностям, объединяющихся во имя разоружения, защиты экологии и преодоления всех форм отчуждения и насилия, и на безнравственных, стремящихся к "черным" ценностям, препятствующих всем спасительным для человечества усилиям, во имя экспансии капитала информации и власти готовых Горы сравнять с Сушей, а Сушу бросить в Море. От решения Суши зависит судьба всего человечества - или человек поклониться "золотому тельцу" и наступит всемирный потоп, или человек повернется к Богу и восстановит иерархическую гармонию Гор, Суши и Моря.